Волосы на голове стягиваются куда-то на затылок.

Ничего себе – отшила!

Перечитываю сообщение, надеясь на обман зрения, опускаюсь на кровать и с трудом сглатываю. Во рту сухо, как в пустыне. Горло саднит от лишних рефлексов. Я откашливаюсь, мотая головой.

Он что, совсем умом тронулся? Или издевается надо мной?

Устанавливаю курсор на пустом окошке ответного сообщения, но не представляю, что писать. Он же наизнанку меня выворачивает. Самообладания лишает, дыхания, мужа, жизни. Я уже пропитываюсь им. Закрывая глаза, вижу. Всюду. Даже в своем отражении.

Возможность ответить хотя бы смайликом у меня отнимает шлепающий тапками Степа.

Телевизора уже не слышно, а мой муж идет в комнату. Я быстро ставлю телефон на беззвучный режим, кладу его под подушку экраном вниз и снова залезаю под одеяло. Закрываю глаза в тот момент, когда дверь открывается.

Степа вздыхает, шуршит майкой и штанами, ложится ко мне, прогибая под нами матрас, и обнимает меня.

– Ну извини, – шепчет мне на ухо. – Я обозлился. Понимаю, тебе надо время привыкнуть к новой школе. Просто не люблю сидеть дома в одиночестве.

– Степ, – имитируя сонливость, мычу я, – я не обиделась.

Давай спать.

Он целует меня в висок и добавляет:

– В другой раз, Степ, – отвечаю я, уже утратив интерес к сексу с ним.

Прикусываю губу и жмурюсь в темноте, осознавая, что отказываю мужу из-за Чеховского, но ничего не могу с собой поделать.

– Ну ладно, – опять вздыхает он, укладываясь рядом. – Я маме утром позвоню. Предупрежу, что мы приедем.

Не проходит и пятнадцати минут, как Степа засыпает. Я выуживаю телефон из-под подушки, вылезаю из постели и бесшумно крадусь по квартире.

Прячусь от мужа в туалете, словно девочка-подросток от строгой мамы, чтобы посекретничать с подружками. Сажусь на крышку унитаза и, набравшись храбрости, разблокирую телефон. Больше сообщений от Чеховского нет, но я почему-то уверена, что он ждет мой ответ. Тоже не спит, дергается, психует. Давно в моей крови не бурлил адреналин. Чеховской сумел всколыхнуть что-то острое, драйвовое, азартное.

Обдумав все в спокойной туалетной обстановке, я очередной раз сосредотачиваюсь на пустом окошке и набираю ответ. Каждое слово, каждая фраза – уже не фальшь, не игра, не флирт.

Это правда, которую Чеховскому все же удалось вытянуть из меня.

Едва ставлю точку, как нажимаю «отправить» и слышу биение собственного сердца где-то в пятках. Мне стыдно и неловко за то, как я поступаю по отношению к Степе. Чувствую себя бессовестной падшей женщиной, заслуживающей избиения камнями. Но запретный плод дьявола по имени Роман Чеховской так манит, что я не могу устоять. К черту правильное поведение и страх сплетен. Я хочу почувствовать хоть что-то живое, яркое.