— Он сказал, что по Новицкой вопрос был уже решён положительно, но пришла какая-то жалоба и её кандидатуру сейчас притормозили.

— Погодите… — хмурюсь я. — Жалоба? На Ирину? На кристально честную комсомолку? А можно выяснить, что это за жалоба такая и насколько всё серьёзно?

Боюсь, я уже догадываюсь откуда ветер дует…

— Подробностей не знаю, но могу попытаться, — кивает Злобин. — Я тоже был удивлён. Мы с ней напрямую не очень хорошо знакомы, но я за ней наблюдаю, естественно. За всеми нашими…

Естественно… Откуда же тогда жалоба…

Я возвращаюсь к себе в номер, открываю входную дверь и резко останавливаюсь. В ванной шумит вода. Кто-то ошибся или это звуковая завеса? Мягко и неслышно ступая, я подхожу ближе, прислушиваюсь. Хм…

Плавно нажимаю на дверную ручку и приоткрываю дверь. Звук делается громче и в лицо ударяет тёплая влага. Хм… В ванной я никого не вижу, по всей видимости, кто-то находится за непрозрачной шторой.

— Егор! — раздаётся вдруг женский голос. — Ты что дверь открыл? Дует! Закрой!

Я резко отдёргиваю занавеску и моему взору открывается прекрасная картина. Юная купальщица со смуглой кожей и намыленными волосами, а на лице хитрая улыбка.

— Кто ты, красавица? — делаю я вид, что не узнаю её. — Я не могу тебя рассмотреть, потому что ослеплён красотой.

Айгюль, ну кто же ещё, смеётся и брызгает на меня водой.

— Что ты делаешь! — восклицаю я. — Хулиганка.

— Ты весь мокрый, — хохочет она и снова плещет водой. — Скорее сбрасывай одежду иначе до ужина она не высохнет.

Что мне остаётся делать? Я подчиняюсь. Забираюсь в душ, а потом заворачиваюсь в пушистое полотенце и переношу мокрую Айгюль на кровать. Но сегодня, в отличие от всех предыдущих раз, мне не удаётся полностью раствориться в животных наслаждениях. Слишком много мыслей раздирают мозг.

— Что с тобой сегодня? — ворчит Айгюль. — О ком ты думаешь?

— О твоём дяде… — вру я.

— Немедленно выбрось его из головы, — строжится она. — Мне неприятно осознавать, что он незримо находится рядом с нами.

— Я стараюсь, Айгюль. Я стараюсь…

Ближе к вечеру мы с Айгюль едем в «Узбекистан». Кроме Ферика на ужине присутствует и Абрам. Он распускает хвост, в рамках приличия, конечно, но горящих глаз с неё не спускает.

— Что вы такое говорите, Мамука Георгиевич, — усмехается Айгуль на его слишком смелые речи. — Я ведь девушка скромная и стыдливая, не пристало вам меня смущать.

Разговор идёт ни о чём, я так понимаю, это всего лишь небольшой тимбилдинг для укрепления дружеских связей в коллективе. Но коллектив больно разнородный. Абрам на меня практически не обращает никакого внимания, пожирая глазами красавицу Айгюль, а Ферик нейро-лингвистически программирует меня на битву с Туманом.