Правда, меня не оставляло ощущение, что этим приглашением и кулинарными изысками Тревор пытался загладить неприятные впечатления о его любимом Скарвисе, оставшиеся от моего прошлого визита.

Но пропадать они не спешили.

Впрочем, перед самым отлетом в Шестьдесят Третий Сектор, узнав, где будет проходить последнее испытание, я нисколько не удивилась. Потому что предыдущие три тоже были в знакомых мне местах - на Дарсе, Каскаре, Талисе. А теперь вот Скарвис-17...

Свой кусок пирога я съела быстро. Кинув виноватый взгляд на Барта, потянулась к его почти нетронутому куску, который сразу же заполучила. Причем целиком. Поблагодарила и, отправив ложку в рот, задумалась. Итак, впереди нас ждало последнее испытание под названием «Место».

Рыжевато-красная планета Скарвис-17, над одним из континентов которой бушевала песчаная буря. Атмосфера непригодна для дыхания - слишком мало кислорода и слишком много углекислого газа. В придачу к этому шли порядочные перепады суточных температур. Из-за этого на планете нам придется носить кислородные фильтры и термо-комбинезоны.

Колонизации Скарвис не подлежал. Жизнь на нем была, но флора и фауна, естественно, отличались от земной. В разумности специальная Комиссия по контактам с иными цивилизациями обитателям Скарвиса отказала. Залежей ценных минералов не обнаружено. Рудные корпорации в планете не заинтересовались.

Вот и все, что надо было знать о Скарвисе.

Тогда почему последнее испытание проходит именно здесь? Что пытался сказать мне отец? Почему оно называется «Место»? Быть может, это как-то связано с тем, что я уже прилетала сюда с Винсом?

Тут Тревор прервал мои размышления, заговорив на тревожащую его тему. Речь шла о деньгах. Вернее, он принялся жаловаться Барту на то, как сложно найти спонсоров, чтобы продолжить исследования планеты, признанной абсолютно бесперспективной.

Деньги из Фонда Космических Исследований в этом году ему получить не удалось. В Комитете по изучению глубокого космоса от него давно уже шарахались как от прокаженного. Университетские гранты - за последние тридцать лет Тревор получал их предостаточно - больше не давали. Приходилось довольствоваться собственными крайне ограниченными средствами. Поэтому деньги от Биргена Холста на то, чтобы принять нас и поспособствовать проведению Отбора, пришлись как нельзя кстати. На них Тревор собирался продержаться еще целый год.

Закончив жаловаться, Тревор заговорил о своем любимом Скарвисе.

- Около пятидесяти лет назад, когда в Шестьдесят Третьем Секторе был установлен гравитационный передатчик, здесь кипела жизнь. Я прибыл сюда с группой астробиологов.