Мужчины уже были у калитки, что совсем успокоило меня. — Рассказывай, — повернулась я к коту. — Чем должна заниматься травница таким, чем не может заняться ведьма?

Некоторое время кот молчал, обдумывая мои слова. Я успела устроиться на табурете за столом, насыпая себе в кружку заварку и заливая кипятком. И даже сделала первый глоток, полностью успокаиваясь.

— Ну, пожалуй, ведьма не может вырастить ничего на грядке полезного. Всяко у неё получается лишь сорняки да ядовитые травы, как она ни старайся. Но в то же время собирать она может любые растения и варить хорошие зелья. Вот и Ариночка не могла ничего хорошего вырастить. Хотя Ариночка была хорошей ведьмой. И могла бы выращивать всякие полезности. Но не получалось. Видимо, природа ведьм такова, и лишь травницам это дано, — задумчиво пробормотал кот.

— Так, Вася, это важно. Точно лишь из-за её ведьмовской природы она не могла выращивать полезные травы или ещё из-за чего? Вспоминай. Может, что-то упоминала она про это? — перебила я кота.

— Да кто ж его знает. Мне, может, и было интересно, но спросить я не мог, — пожал плечами котяра, а после лениво потянулся.

— Почему не мог? — опешила я.

— Так, я говорить начала недавно. Когда ты в теле Ариночки оказалась. А раньше и не умел, — словно ничего такого и не произошло, ответил Вася. А я опешила.

— И тебя ничего не смущает? С чего бы ты начал разговаривать? — поинтересовалась я. Что-то уж много странностей вокруг было. То защита Истора меня пропустила, то теперь кот, оказывается, говорит лишь благодаря мне. Может, и вырастить, чего путное я смогу? Надо проверить.

— Новая хозяйка, новые условия. Не знаешь разве? — пояснил Вася. Но я его не поняла.

— Да откуда бы? Что значит новые условия? — спросила я.

— Ну когда ведьма фамильяра себе заводит, то должна выбрать полезность и вредность, — пояснил Вася, а я задумчиво постучала по столешнице пальцем.

— Хочешь сказать, я выбрала из всякого рода способностей для тебя речь? А что у Ариночки ты мог делать? — полюбопытствовала я.

— Так, знамо что, между мирами я мог перемещаться. Иль забыла, кого у себя в подъезде подобрала?

— Помню, — хмурым взглядом сообщила я кота. — Так полезного в тебе что?

— Как что? Я ж говорю, — возмутился кот.

— Это не полезность никакая, а вредность, — хмыкнула я.

— Ну вот ещё, — обиделся кот. — Я, знаешь ли, информацией с тобой делюсь. А так бы молчал всё время. И сидела бы тут сама, гадала, что и как! — выпятив грудь колесом, заявил кот, а я нехотя кивнула.

— Ну, допустим, полезность. А вредность-то какая?

— Ошибаться я могу, — нехотя признался кот. — В травах. Хоть и редко, но… в общем, может, и не чай у тебя в кружке, к примеру. А может, и чай…

Вот лучше бы он молчал, ей-богу. И так было тошно, а теперь и подавно.