Для неё это было настолько неожиданно, что она невольно отшатнулась и уставилась на него.

— В конце концов, перестань от меня шарахаться! У меня нет бубонной чумы, — прошептал он и как рысь неслышно прошёл в её комнату.

— Я просто не привыкла к таким нежностям, — с ехидством парировала Олеся, желая скрыть неопытность в подобном общении.

— Привыкай! Мы с тобой быстро наверстаем пробелы в этой области, — без тени иронии изрёк он.

Сначала Олеся опешила от такой наглости, но когда свет настольной лампы сверкнул в его глазах озорным блеском, поняла, что в очередной раз стала объектом его насмешек.

— Интересно, ты только надо мной издеваешься или другим тоже достаётся?

— Нет, солнце моё, только над тобой. У тебя сейчас некоторые сложности. А с юмором их легче преодолевать.

— Спасибо. Но именно из-за некоторых сложностей, как ты выразился, мне сейчас не до смеха.

— Прости, — сказал он, вытаскивая из сумки ноутбук. — Ты не против, если я немного поработаю? Это единственный способ заставить меня замолчать, а ты раздевайся и ложись спать.

— Можно я буду, как в прошлый раз, в джинсах? У меня ночная сорочка старомодная, в общем, я стесняюсь, — с мольбой в голосе прошептала она.

— Бог мой, мне дела нет до твоей рубашки. Главное, чтобы ты чувствовала себя комфортно. Постарайся расслабиться и заснуть как примерная девочка.

Олеся обречённо вздохнула и попросила его отвернуться. По-быстрому надев сорочку, она нырнула под толстое одеяло, натянув его до самого носа.

— А ты не запаришься? Ночи уже тёплые.

— Я мерзлячка, — пробубнила она из-под одеяла.

— Вот и славно, — успокоился Владислав, хитро улыбаясь. Он тут же выключил настольную лампу и открыл ноутбук.

Влад прислушался. Из-под одеяла раздавалось мерное сопение. В прихожей старые часы с кукушкой отбили ровно час ночи, и больше всего это напоминало предсмертный крик придушенного попугая. Посмотрев на время в ноутбуке, он удивился: несмотря на странные издаваемые звуки, этот издыхающий попугай был на редкость пунктуален. От неподвижной позы всё тело онемело, поэтому он встал и подошёл к окну.

Одинокий жёлтый фонарь медленно раскачивался от ветра, издавая при этом надрывный тоскливый скрип. Луна освещала закоулки старого двора, и ветви деревьев бросали на землю тени причудливых узоров.

Влад подошёл к балкону, почувствовав довольно ощутимый сквозняк. Он слегка потянул на себя дверь, и та с лёгкостью открылась. Затем, снова прикрыв её, он поднял руку вверх, желая закрыть дверь на щеколду, но наткнулся лишь на шляпку торчащего там гвоздя. Пошарив в темноте рукой, Влад обнаружил шпингалет, который сиротливо раскачивался на изрядно погнутом гвозде. Он с любопытством опять открыл эту дверь и постарался нащупать щеколду уже на двери, выходящей на улицу.