— Ты будешь смотреть, как я тебя трахаю.

Мы оба протяжно стонем, когда я мощно и сильно толкаюсь в ее тело, глядя в глаза друг друга. Мир вокруг на мгновение выключает свет, и я теряюсь от непривычных болезненно-ярких ощущений. Мои пальцы, удерживающие ее лицо, дрожат от напряжения, которое, распространяясь горячей волной, охватывает все мое тело.

— Это слишком, черт… — хрипло рычу я, делая еще один глубокий толчок, и одновременно проникая в ее рот пальцами, которые она тут же обхватывает губами. Меня словно языки пламени лижут, обжигая. Впервые ощущаю, что не могу контролировать процесс, я в секунде от оргазма, едва войдя в это узкое сладкое тело, которое что-то невероятное делает с моим.

Нарушаю собственное правило, закрывая глаза, чтобы немного успокоиться. Представляю гребаные голубые волны за бортом, а на самом деле даже сквозь веки вижу раскинутое подо мной тело Мэл. Ее, чувственно облизывающую мои пальцы. Она специально это делает… да. Сука, я не дам тебе трахнуть мой мозг, не мечтай.

Закидываю одну ее ногу себе на плечо, совершая резкие и глубокие толчки.

Вытаскиваю пальцы из ее рта, обводя влажные круги вокруг призывно торчащих сосков, жадно стискиваю грудь, зажимая чувствительные вершинки между пальцами, ускоряясь с каждым новым ее гортанным стоном, жалобным всхлипом, умоляющим шепотом. Эти звуки, б**дь, мне душу вынули. Я смотрю вниз, туда, где мой член в сумасшедшем ритме с звучными мокрыми шлепками вбивается в ее плоть и схожу с ума от бешеного адреналина, который взрывает изнутри мои вены.

— Khara (араб. бл*дь) …, — срывается с моих губ между рваными глотками воздуха.

Вскрикнув, Мэл упирается ладонью в мой пресс, показывая, что я перегибаю, слишком сильно и грубо для нее… но я резко зажимаю ее запястья, распластывая под собой и меняя траекторию. Теперь наши тела слеплены в одно. Толкаюсь снова, рыча от удовольствия, и чувствую, как ее ногти впиваются в мою спину. Она кричит. Устав мычать, кусая губы и сдерживая эмоции. Снова неистово сминаю ее губы, забирая дыхание и проглатывая очередной стон и отдавая свой.

— Покричи еще, Мэл, — приподнимаясь на локтях, прошу я, глядя на ее, искаженное страстью, напряженное лицо.

Приоткрытые распухшие от поцелуев-укусов губы, с которых срываются крики. Делаю круговое движение бедрами, замедляясь немного, но достаточно, чтобы она почувствовала голод. Она протестующе стонет, упираясь пяткам в мои ягодицы. Когти под моей кожей. — Упрямая девочка, я мог дать тебе это еще два года назад, — мощно вдалбливаюсь в нее. Кусаю ее губы, и трахаю языком в одном ритме с членом. Мэл беззвучно кричит. Пальцы в моих волосах, рвут, цепляются. Ей нечем дышать.