Аж залюбовалась собой в зеркале. Выгляжу отлично – чисто кукла. Ни живота, ни складочки. Вот что животворящий Великий пост делает.

Выхожу из примерочной, кладу деньги на прилавок и произношу фразу:

– Вот в них я, пожалуй, и пойду.

Тетка обалдела натурально. Рот раскрыла: «Да-а-а, такое у меня за двадцать лет в первый раз!». Намекнула, что так обычно поступают в обувном магазине. А тут товар деликатный…

На подъезде к коттеджному поселку с красивым названием Бердь, в тупике у станции Сельской я уделила три минуты мэйк-апу. Выезжала рано утром в шесть, забыв к хренам и про гараж, и про макияж, но у меня в машине всегда дежурная косметичка.

И вот наша встреча на Эльбе. Я на белой Тойоте лечу по пыльной гравийке, не чуя ног, он на Хонде CRV цвета вишни мчится по полю навстречу своей судьбе. Увидев меня, не выходя из машины, лихо разворачивается на 180 градусов, как в кино про погоню, и я еду за ним до КПП след в след. Мы один за другим подруливаем к его еще не совсем достроенному коттеджу на седьмой улице. Первая фраза, которой он меня встречает, увидев меня, такую красотку:

– Господи, за что мне такое счастье?!

Мы сели за стол (отварная оленина, соленые грузди), и малознакомый мужчина вежливо спросил, что я буду пить.

– Водку! – ответила я.

– А у меня нет, – совершенно растерявшись, сказал Саша.

– Сходи, посмотри, по-моему, у меня могла заваляться одна в бардачке, – ребята, ну вы в курсе… Тихо, молчим, меня не выдаем.

Больше мы не расставались. Как оказалось, старший по дому к тому моменту был свободен ровно 20 дней. Первым апреля был датирован развод с прежней женой, а 21-го уже нарисовалась я. С дорогими его сердцу подарками. Саша до сих пор язвит насчет того, какой дешевый виски я привезла ему по взаимозачету. Ему, самому Джеймсу Бонду. Или просто Бонду. Такое дерзкое прозвище от друзей-соседей он получил за то, что избавил элитный поселок от захвата бандитами.

Это благодаря Саше протрезвевшая тетка из мэрии покорно отдала мне ключи от гаража на следующий же день. Рядом с моим стоит теперь ее гараж, и по соседству с нами воткнулись остальные члены инициативной группы, а также матерщинники со средних этажей и с самой галерки.

В июле я оставила работу по взаимному согласию сторон, покинув пост советника председателя Гордумы Новосибирска. Мой взлет по карьерной лестнице чиновника оборвался, едва начавшись. Будущий муж произнес фразу, которая для меня, заядлого трудоголика с тридцатилетним стажем, прозвучала, как набат:

– Запомни этот день, Светлана. Больше ты не будешь ходить на работу в мэрию. Твое дело – быть моей женой.

А через неделю мы с Сашей купили билеты в Таиланд. Об этой стране я начала мечтать еще раньше, чем о муже. После трехнедельной турпоездки мы приняли осознанное решение покинуть Россию.