А будь на моем месте другая, которая согласилась бы? А если Марита? Если бы она пошла на такое после того, как тот тип пообещал жениться и позаботиться о нашей семье? Что было бы потом?

– Мне показалось, что с таким поручением лучше справится тот, кто умеет сыграть любую роль, – продолжил Бруно.

Похоже, он просто не понимает, к чему мог привести его поступок.

– Я про встречу родителям ничего не говорил, – начал он оправдываться, – они сами решили, что бабушкина невеста была легкомысленной и меня бросила.

– Но ты же мог прекратить эти разговоры, просто рассказав правду.

Неужели ты не понимал, что подобные пересуды порочат честь девушки, о которой тебя просила позаботиться твоя же бабушка?

Бруно явственно смутился и уткнулся взглядом в чай, к которому так и не притронулся. Конечно, что ему какая-то посторонняя фьорда, которую он надеялся больше никогда не увидеть. Главное – выглядеть в глазах своих родных этаким совершенством, каким он и мне казался до вчерашнего дня. У меня было такое чувство, словно со вчерашнего дня прошел не день, а несколько лет – настолько все казалось далеким и нереальным.

– Бабушка теперь со мной не разговаривает, – сказала я.

 – Это известие оказалось для нее очень тяжелым ударом. Ей и без этого досталось – в одиночку поднимала троих внуков, а я ей никак объяснить не могу, что все случилось потому, что у меня не оказалось денег на обратную дорогу.

– Дульче, а почему они тебе денег не дали?

Я посмотрела на него. Он не издевался, он искренне не понимал почему. Конечно, для него те крохи, что мне выделили, и деньгами-то не были, он привык жить на широкую ногу. Не мог представить, что кто-то вставал перед выбором – либо билет на обратную дорогу, либо гостиница.

А еда в этот список вообще не попадала.

– Дали. Если бы экспресс уходил в тот же день, я бы уехала домой. Но когда он должен был прийти, денег бы не хватило на билет. Или пришлось бы ночевать на вокзале, – коротко пояснила я.

Бруно удивленно на меня уставился. По-видимому, ему просто в голову не приходило, что кто-то может жить так, как мы, во всем себе отказывая. Он всегда получал, что хотел. Наверное, и я не стала исключением. Я сглотнула подступивший к горлу комок и постаралась сказать более-менее твердо:

– Бруно, твой нанятый актер предлагал провести тестирование в ближайшей гостинице.

 – Я внимательно на него смотрела, он дернулся и покрылся красными неравномерными пятнами. – А если бы я согласилась, кто тогда нес бы ответственность? Ты, как наниматель, или он, как исполнитель?

– Дульче, я ничего такого ему не поручал! – отчаянно сказал Бруно. – Просто отправить назад. Вернусь во Фринштад, найду и прибью эту сволочь! Но я уверен, до подобного дело не дошло бы. Он просто хотел тебя припугнуть, и всё.