Она издает что есть мочи боевой клич:

Прилив энергии позволяет ей вскочить, схватить бумажку с шуткой и порвать ее на четыре части.

Исидор, не переставая смеяться, силится сложить кусочки вместе.

Тогда Лукреция, тоже смеясь, рвет их все мельче. Исидор не отчаивается, хотя головоломка становится все сложнее.

Собственная абсурдная деятельность вызывает у обоих новый приступ безумного смеха, и они без сил валятся на пол.

Спустя немалое время икающая Лукреция добирается до окна и пытается его открыть, но ручка отсутствует, открывание не предусмотрено. Она берет стул и бросает его слабыми руками в стекло, но стул отскакивает.

Исидор подползает к шкафу с коллекцией красных носов и разбивает стекло. Носы оказываются пустыми, без фильтров.

Лукреция решает выбить дверь, но она сделана на совесть, да и сил у Лукреции никаких. Исидор хватает телефон.

– Ха-ха-ха! Полиция? Скорее сюда, освободите нас, мы заперты в больнице Жоржа Помпиду, в отделении неврологии. Ха-ха-ха!

Но полицейский, приняв это за шутку, кладет трубку.

Исидор пробует звонить пожарным – с тем же результатом.

– Ха-ха-ха! Нужны доверенные люди… – Исидор пытается вспомнить хоть один номер, жмет непослушными пальцами на кнопки, но от этого мало проку. Комната по-прежнему полна паров закиси азота.

– Не знаю, сколько пройдет времени, прежде чем нас вызволят. Надо срочно подумать о грустном.

– Об экономическом кризисе?

Он опять заходится смехом.

– Прекратите! – умоляет она, уличив секунду. – Не смешите меня, а то я умру. Придумайте что-нибудь погрустнее.

– Глобальное потепление?

– Хи-хи-хи! Тут сгодятся трюки, к которым вы прибегаете, чтобы оттянуть оргазм.

– Самое верное средство – вспомнить Тенардье.

Ее это так смешит, что она боится за сердце.

– Вы решили меня прикончить, Исидор? Невозможно грустное, скорее!

– Ну, не знаю… Вспомните смерть родителей.

– Ой, сейчас умру! Забыли, что я сирота? Родители бросили меня на кладбище.

Он шепчет ей на ухо, и оба умолкают. У обоих успокаивается сердцебиение, хотя спазмы смеха еще не улеглись.

Лукрецию посещает свежая мысль. Вспомнив, как Исидор спас ее в Театре Дариуса, она сгребает обрывки BQT и поджигает. Дымок тянется к детектору дыма, и… ничего.

Она подносит к детектору горящую бумагу, прибор не реагирует. Наверное, сломан.

В этот момент дверь кабинета падает на пол.

Личность спасителя удивляет журналистов.

Это Жак Весельчак, Капитан Игра Слов, страж подземного зала Comico Inferno. Он решительно входит в кабинет, не выпуская из рук большой огнетушитель.

– Простите за промедление, – говорит он. – По приказу Беатрис я следил за вами с момента вашего ухода с холма Сен-Мишель. Мы ориентировались по вашему брелоку со смехом.