Некоторые дни они посвящали обширным садам, простиравшимся во все стороны от поместного дома. Несмотря на осенние утренники, розы все еще цвели. Они даже в один из погожих дней устроили пикник возле озерка, вырытого на краю поместья. Вечера они проводили тихо и мирно и рано расходились по своим комнатам, развлекая себя отдельно. Однако с течением дней Нелл задерживалась в общей гостиной все дольше и позже, болтая и перешучиваясь с Джулианом.

Джулиан досадовал на ограничения, наложенные Нелл, но старательно играл роль добродушного компаньона, хотя каждым дюймом тела ощущал нарастающее желание, бывшее тяжким испытанием для его невозмутимости.

Но он держал свои низменные инстинкты в узде, и терпение его было вознаграждено: когда в конце недели они собрались уезжать в Уиндем-Мэнор, поместье Джулиана, Нелл уже обращалась с мужем непринужденно и доверчиво, отчего он попеременно впадал то в веселье, то в отчаяние. До бракосочетания у них просто не было времени на разговоры, даже самые примитивные, зато за последнюю неделю они многое узнали друг о друге, и это было хорошо. Ранняя неловкость почти совсем рассеялась. Так что, за исключением того, что он не был допущен в ее постель, Джулиан если не был удовлетворен ситуацией, то по крайней мере смирился с ней. Временно.

Нелл покидала имение Талкотта без сожалений. У нее там было слишком много свободного времени для безделья, слишком много времени, чтобы поразмышлять о муже. К собственному удивлению, она обнаружила, что хочет поскорее увидеть свой новый дом и взять в руки бразды правления как новая его хозяйка.

Погода продолжала оставаться приятной: никаких бурь не задержало их в дороге, и путешествие в Уиндем-Мэнор, и в окрестностях Даулиша, и по девонширскому побережью прошло без происшествий.

Однако когда экипаж свернул наконец на окаймленную дубами длинную подъездную аллею, Нелл испытала нежданную нервозность.

За какие-то несколько дней она превратилась из простой мисс Энслоу в графиню Уиндем, и огромность этой перемены внезапно ошеломила Нелл. Она бросила искоса взгляд на Джулиана, едва различая черты его лица в сгущавшихся сумерках, и когда их глаза встретились, беглое выражение, мелькнувшее в них, заставило ее сердце тревожно подпрыгнуть.

Она вдруг поняла, что ситуация изменилась. Они больше не были на нейтральной территории. Они находились в его владениях, и Нелл не могла не задуматься, изменится ли теперь его обращение с нею. Не окажется ли он в собственном доме тираном? Разумеется, у нее не было никаких оснований полагать, что он вдруг изменится и станет совсем другим, не тем обаятельным джентльменом, к которому она успела привыкнуть за последние несколько дней.