Теперь Джулиан порадовался перемене и устыдился, что позволил этому дому рушиться.

В воздухе звенели звуки молотка и пилы. Когда на его стук никто не отозвался, Джулиан подергал массивную входную дверь и, найдя ее незапертой, вошел внутрь. По контрасту с облагороженным внешним видом внутри царил хаос. Тут и там валялись мешки известки, доски, деревянные лестницы, стояли укрытая чехлами мебель, ведра с малопонятными жидкостями, лежали куски обоев и рулоны дорогих драпировочных тканей.

Впрочем, видны были и признаки некоторого прогресса, пол большого холла при входе был выложен роскошным мрамором в розовых прожилках; стены уже покрыты кремовым атласом; лепнина заново побелена либо вызолочена.

Длинная витая лестница, ступеньки которой на его памяти были сломаны чуть не через одну, была починена и покрашена.

Стук молотка доносился из левой части дома, и Джулиан пошел на этот звук, оглядывая по пути другие комнаты. Да, его мачеха, безусловно, обожала розовый цвет, усмехнулся он.

В самой глубине дома, в красивой комнате, он обнаружил жену и Диану с Элизабет, бурно обсуждавших достоинства розового муарового шелка по сравнению с нежно-голубой тканью в тонкую золотую полосочку.

Он остановился в дверях, еле сдерживая смех. По сосредоточенным лицам дам было ясно, что вопрос представляется им чрезвычайно серьезным.

– Но, Диана, – восклицала Нелл, – вы уже использовали розовый цвет в нескольких комнатах! По правде говоря, почти каждая комната в доме розовая. Не кажется ли вам, что сюда лучше взять голубой? Неужели вы не устали от розового?

– Но я люблю розовый. – Леди Диана надула губки. – Это мой самый любимый цвет. Кроме того, это мой дом, почему я не могу отделать каждую комнату в розовых тонах, если я этого хочу?

Нелл и Элизабет обменялись взглядами.

– Разумеется, мама, ты можешь делать то, что хочешь, – согласилась Элизабет. – Но подумай о других. Может быть, о каких-нибудь друзьях или гостях, которые не так, как ты... э-э... преданы розовому цвету. Не покажется ли это им... э-э... несколько угнетающим?

– Или, возможно, скучным и предсказуемым? – быстро добавила Нелл. – Вы же наверняка не захотите этого. Не так ли?

По леди Диане было видно, что ее одолевают сомнения. Разумеется, ей вовсе не хотелось, чтобы семья и знакомые сочли ее вкус скучным и предсказуемым.

Ее взгляд нервно перебегал с одной ткани на другую.

– Это будет таким приятным разнообразием, – уговаривала ее Нелл. – Даже некоторым заявлением...

– Каким таким заявлением? – растерянно переспросила заинтригованная леди Диана.

Тут Джулиан решил вмешаться. Он пересек большую комнату и, подойдя к дамам, произнес:

– Ясным заявлением, что здесь живет леди, отличающаяся утонченностью и элегантностью... и обладающая изысканным вкусом.