- Да… Я… Извини… - сбивчиво оправдываюсь, пытаясь погасить панику. - У меня старшая сестра Ольга в автокатастрофе погибла, а я сейчас… Так глупо поступила. Здесь ты, я… наш малыш, - импульсивно прикрываю и поглаживаю живот. – Я полная идиотка, - виновато всхлипываю.

Рома на миг теряется от моих откровений, да и я сама не ожидала от себя такой честности. С ним я не контролирую свои эмоции. Ищу в нем поддержку и надежное плечо. Тем больнее будет в случае предательства.

- Та-ак, идем домой, - Царев обнимает меня, прижав к груди, и треплет по макушке, как провинившегося, но испугавшегося ребенка. - Расскажешь мне и о сестре, и об отце, и о семье твоей, которой меня заочно запугали.

- М-м-м, что? – выкрутившись, поднимаю заплаканный, мутный взгляд и вопросительно всматриваюсь в его лицо. - Кто запугал? Ты спрашивал обо мне?

- Идем-идем, - чмокнув меня в лоб, выходит из машины. Мельком покосившись на бампер, устало взмахивает рукой и спешит ко мне. Открывает пассажирскую дверь. - Я тебя накормлю. Ты все еще хочешь есть? – заговорщически подмигивает, и я сдаюсь.

- Хочу, - закусываю губу, вкладывая ладонь в его широкую лапу.

- Вот и умница.

Не замечаю, как мы оказываемся возле знакомой двери с табличкой «121». Гипнотизирую номер квартиры взглядом, пока Рома поворачивает ключ в замке, кошусь на фикус в углу.

- Точно к беременности, - бурчу разочарованно, будто он виноват в моем положении.

- О чем ты там с бедным кустом разговариваешь? – усмехается Рома, толкая дверь. – Как будущий ветеринар, учишь не только язык животных, но и цветов? – укладывает огромную, горячую ладонь мне на талию.

- Ева говорила, что фикус – символ плодородия, - делюсь наивными, антинаучными мыслями. – Якобы помогает зачать ребенка.

- Хм, помог так помог, - смеется Царев, подталкивая меня в коридор. – Крестным его позовем, - подтрунивает надо мной. – Вместе с Арни, - переключается на кота, подзывая его. - Ко мне, пушистый засранец. Смотри, кого я тебе привел.

- Зачем ты так грубо, - хлопаю вредного хозяина по плечу и, сбросив обувь, крадусь на кухню. – Кис-кис, красавчик, ты где? Кс-кс-кс, - повторяю до тех пор, пока черное облачко не соскакивает с подоконника.

Сорвавшись с места, Арни бежит ко мне, скользя по полу и теряя равновесие. Врезается в мои ноги, не сумев притормозить, и вытягивается в полный рост, упершись в бедра лапками. Выпускает когти, мнет меня, показывая, как рад встрече. Значит, не забыл более чем за месяц.

- Иди ко мне, малыш, - ласково обращаюсь к домашнему любимцу и краем уха улавливаю недовольное пыхтение Ромы.

Рассмеявшись, беру тяжелую тушку на руки, обнимаю, с трудом придерживая, и опускаю ладонь на живот. Непривычно твердый и округлый. Под шерстью почти не видно изменений, но наощупь сразу чувствуется разница.