Рядом, будто в насмешку, готовятся блюда на открытом огне. За домиками, ближе к озеру – мангал. Его я попросил отставить как можно дальше от скопления людей, потому что помню, как Лину стошнило от мяса.

Беру еще один стакан минералки. Никакого алкоголя, когда я среди подчиненных и клиентов. Все-таки надо держать имидж, а побухать я и с друзьями могу. Правда, Ник в последнее время в этот круг не входит…

Сжимаю стаканчик, и вода проливается на мои брендовые спортивные штаны. По серой ткани расползается темное пятно.

- Черт! – бурчу себе поднос, стряхивая влагу с бедра, но все быстро впитывается.

Теперь буду в мокрых брюках щеголять, как будто у меня недержание.

Скучающим взглядом окидываю толпу людей. И вдруг… цепляюсь за аппетитную фигурку. Вокруг нее какая-то возня, но я не обращаю внимания. Фокусируюсь на девчонке, отсекая все лишнее. Она стоит очень далеко, возле парковки. Спиной ко мне, лица не видно. Высокий хвост покачивается в такт движениям ее головы, то и дело лупит кончиками по тонкой шее и хрупким плечам. Спускаюсь по идеально ровной спинке, очерчиваю выступающие лопатки и облизываю взглядом голую кожу.

На незнакомке короткий топ, который держится на двух лямках, что перекрещиваются на спине и крепятся к широкой полосе над поясницей. Как чертов купальник. Рассмотреть можно почти все, а остальное – додумать.

Собственно, этим я и занимаюсь – нагло пялюсь на гостью, которая, по всей видимости, только приехала и заболталась с другими девушками из клуба. Мысленно поглаживаю ее осиную талию, впиваюсь пальцами в бока. Спускаюсь к резинке юбки-шортов с низкой посадкой. Спортивной, черной, неприлично короткой, так что даже штанины под ней, которые похожи, скорее, на удлиненные трусы с утяжкой, все равно не спасают ситуацию.

Понимаю, что хочу ее. Единственную из всей толпы. Остальные бабы вокруг как фон. Серая масса. И только эта выделяется, манит, пробуждает аппетит. Дает надежду на исцеление и избавление от порчи.

Наконец-то, я реагирую на кого-то еще, кроме Лины. Значит, не зациклился. И нет той одержимости, которую я себе придумал. Ведь я готов прямо сейчас взвалить Барби-спортсменку на плечо и утащить в свой домик, надолго застряв там с ней.

Все напрягается, но я, как мазохист, продолжаю мучить своего внутреннего зверя.

Опускаю взгляд на попку, едва прикрытую клочком ткани. Представляю, как обхвачу это упругое сердечко руками. Как оно устроится на моих коленях…

Стоп! Какое, на хрен, сердечко? Не говорите мне, что это…

- Твоя девчонка, конечно, смелая, - басит на ухом Матвей. Я, пока ласкал красавицу взглядом, даже не заметил, как он подошел. И теперь пытаюсь собрать мозги, утекшие вниз, воедино и вернуть в черепную коробку. – Я бы Ксюшу из дома в таком не выпустил.