Мы радуемся, что вы оба нашли свое счастье и делитесь им с окружающими, ‒ она резко замолчала, переживая, что сказала лишнего.

‒ Не волнуйся, спасибо, что была откровенно. Мне это сейчас важно, все же я вдали от дома и мне немного одиноко, ‒ как можно дружелюбнее улыбнулась я девушке.

‒ Спасибо, Леди, я могу идти? ‒ ну вот, опять этот официоз.

‒ Конечно, Берта, до сада я сама доберусь.

Она исчезла в дверях, а я быстро дожевала завтрак и позвала духа.

Кэл возник мгновенно и с подозрением осмотрел комнату, остановил взгляд на цветке, хмыкнул и уставился на меня.

‒ Молодец. Время даром не теряешь.

‒ Не виновата я, он сам пришел, ‒ ответила ему словами замечательной советской актрисы Светланы Афанасьевны Светличной. ‒ А мы сейчас все это забираем, берем «Историю» и идем в беседку. Без комментариев, Кэлахэн. А то найду способ, как тебя развеять, ‒ я зажала подмышкой книжку и устремилась к стене с тайной дверью.

‒ Ишь ты, какая дерзкая, ‒ беззлобно проворчал дух и первый нырнул в стену.

Коридоры были идеально чистыми, и если вчера с освещением было не очень, то сегодня магические фонари зажигались, как только я к ним подходила. То есть у них тут артефакторика до датчиков движения дошла. Очень круто. И только потом я узнала. Что это разработка человеческих магов, тех самых, уничтоженных. Сразу захотелось отомстить демонам за геноцид. А местами я обращала внимание на странные приспособления, торчавшие из каменной кладки.

‒ Кэл, что это, ‒ подошла я поближе и, уже было хотела потрогать, как дух меня остановил.

‒ Это слуховое окно. Рычаг наверх поднимаешь, с той стороны за картиной отодвигается замаскированная створка, и можно подслушивать. Но если опустишь, то сдвинется картина, и вот тут можно попасться, движение заметное.

‒ А зачем оно тогда? ‒ удивилась я.

‒ Что бы можно было неожиданно отсюда выстрелить и скрыться обратно. Это последняя линия обороны замка.

‒ Ничего себе, ‒ я задумалась. ‒ А карта есть всего этого безобразия?

‒ Ты что? Нет конечно, мало ли, в нехорошие руки попадет. Да и последний, кто знал про эти ходы, отец Иезекиля. Сыну рассказать он не успел. Может Изя, конечно, и подозревает, но я пока не горю желанием ставить его в известность.

‒ А мне бы такая пригодилась, ‒ мечтательно протянула я, уже придумывая, как можно безнаказанно шутить над жителями и гостями замка, а главное над собственным мужем. Что бы ему жизнь сказкой не казалась.

‒ Дорогая, я тебе на что? Я же намного лучше карты, ‒ широко улыбнулся призрак, улавливая ход моих мыслей. ‒ Но пока ничего путного в голову не лезет, идем делать из тебя великую магичку.

В этот раз я не стала вываливаться на улицу без разведки, сначала вынырнул Кэл, проверил, что свидетелей нет, и дал разрешение на выход.