На этот звук из домов и подворотен начали выглядывать обыватели, но едва увидев Шатуна с оружием в руках, тут же прятались обратно. Придавив коленом неизвестного к земле, он быстро обыскал его и, связав руки за спиной, перевернул беглеца на спину.

– Ты кто такой? – мрачно поинтересовался Руслан, удивлённо разглядывая непонятного стрелка.

– Всё одно сдохнешь, – просипел стрелок, глядя на него с ненавистью.

– Это кто так решил? – с мрачной иронией поинтересовался Шатун.

– Имеются люди, – продолжая обжигать его взглядом, хрипел стрелок.

– Ты и вправду дурной, – качнул Руслан головой. – Тебе теперь не гонор показывать надо, а думать, как одним куском от меня уйти. Всё одно скажешь. А уж в каком виде ты после того разговора будешь, мне и дела нет.

– Полиция не даст, – злорадно отозвался стрелок.

– И вправду дурак, – фыркнул Руслан. – Ты, болезный, в офицера контрразведки стрелял. А это дело военных, а значит, я с тобой могу делать всё, что вздумаю, и никто мне слова сказать не посмеет, – закончил Шатун, вздёргивая его на уцелевшую ногу и одним движением перебрасывая через седло Беса. – Не знаю уж, кто тебя так ловко обманул, но все дела, которые военных касаются, военным трибуналом и разбираются. И полиция тут никаким боком…

– Врёшь! – охнув от боли, выдохнул стрелок.

– А ты оглядись, – фыркнул парень. – Вон, на перекрёстке городовой стоит и подойти даже не пытается. Думаешь, почему? А потому, что знает, кто я и где служу, а значит, все хлопоты будут пустыми, – наставительно добавил Шатун, беря жеребца под уздцы.

– Сволочь, – выругался стрелок непонятно в чей адрес.

– Да ты теперь хоть изругайся, а влип ты крепко, – злорадно усмехнулся Руслан. – И ежели не хочешь серьёзные муки испытать, лучше начинай говорить прямо сейчас. Глядишь, и обойдётся.

– Врешь, небось, – помолчав, прошипел стрелок.

– А зачем мне? – пожал Руслан плечами, ведя в поводу коня. – Ты мне интересен только на тот случай, чтобы знать, кто тебе велел стрелять в меня. Ты же из блатных?

– Угу, – коротко прозвучало в ответ.

– Вот и рассказывай, кто из Иванов тебе велел стрелять.

– Не Иваны велели. В ватаге нашей старшим Сиплый ходит. Он и приказал.

– А Сиплый он как, из Иванов, или так, сам по себе? – небрежно уточнил Шатун.

– Не знаю я. Я в той ватаге только третий месяц. Прежде браконьером был, – нехотя признался стрелок.

Их беседу прервало появление тройки охраны, галопом вылетевшей на улицу из-за поворота. Руслан отправил своих бойцов проверить, как идут дела на торгу за заставой. Оказавшись в городе, он вполне справедливо решил, что тут ему ничего угрожать не может, и потому отдал такой приказ. Но, как оказалось, рано расслабился.