— Все дались легко, просто чудо, а не некросимволы. Когда узнаю, что они делают, еще больше их полюблю.

На этот раз Чертков не сдержался и одобрительно кивнул.

— Молодец. Терпеть не могу, когда жалуются, — он положил руку на мою папку. — На самом деле, эти были одни из самых сложных. Особенно…

— Слово-Время… — закончил я за него. — Да, с ним пришлось повозиться. Оно мне долго не давалось… Но я абсолютно уверен, что сейчас могу повторить его без единой ошибки.

— Успеешь, — пообещал он мне. — Не знаю, кто за тобой гнался, но можешь посидеть и отдышаться перед началом.

Спроси меня о чем-нибудь, если хочешь, пока время есть. Потом у нас может не остаться сил на разговоры. По крайней мере, у меня. К сожалению, моя физиономия хорошеет гораздо быстрее, чем я успеваю восстанавливаться.

— Отлично, — выдохнул я. — У меня как раз есть парочка вопросов.

— Я даже в этом не сомневался, — хмыкнул Чертков. — Давай сначала ты, а потом я у тебя кое-что спрошу. Выкладывай, что там у тебя сегодня?

— Во-первых, вы мне обещали показать, где мне искать кристаллические цветы. Гулять в некрослое вы мне запретили, а место не показали, — пожаловался я и потрусил рюкзаком.

— Как-то несерьезно получается. У меня запасы эликсира практически на нуле. Осталось на одно, максимум два занятия.

— Ну и выражения у тебя, Темников… Гулять в некрослое… — покачал головой наставник. — Гуляют по Старому Арбату с девицами, а не в некрослое.

— Так я образно, Александр Григорьевич…

— Ладно, сегодня покажу, где твоих цветов завались, — пообещал он. — Твой эликсир — хорошая штука. Получше таблеток, тут ты прав. Надо будет ему, кстати, какое-нибудь название придумать.

Таблетки они и есть таблетки, а эликсир должен как-то называться."

"— Зелье

Адской Бездны Безмолвия! — тут же подкинул вариант Градовский, который про сам эликсир знал, однако даже представления не имел, как именно он действует. — Очень мощно звучит! Сразу понятно, хорошая вещь, а не какая-нибудь бесполезная субстанция.

С большим трудом мне удалось сдержаться и не отправить Петра Карловича погулять на свежем воздухе, но мне удалось.

— Чего это у тебя глаз дергается? — спросил Чертков.

— Ну если не хочешь, не называй. Пусть без названия будет. Я думал, тебе приятно будет, как автору, а там смотри сам.

— Это у меня нервное, — сказал я и потер глаз. — Еще не до конца отошел от утреннего развлечения… Скажите, Александр Григорьевич… А наши силы в момент магического шторма увеличиваются? Если в это время мы в некрослое находимся?

— Угу, понятно… Значит несмотря на запрет, по некрослою ты все-таки шастаешь, правильно я понимаю? — вновь нахмурился наставник.