Очень неприятно улыбнулся. — почти пятьдесят веков назад он, вместе с полуликим, были изгнаны из секты Сумеречных Тайн.

Хаджар не сильно удивился. Он ожидал услышать нечто в этом роде и…

— Шенси проиграл Эдену в их состязании. В итоге Эден стал главой секты, а Шенси, не согласившись на пост старейшины, ушел в свободное плавание.

Хаджар посмотрел на Абрахама, пытающегося разговорить Аэй, и опять выругался. На этот раз — куда крепче.

Какое-то время их отряд молча двигался в южном направлении. Со скоростью немыслимой для разума смертных, но вполне неспешно по меркам адептов уровня Небесного Императора. Аэй с Шакхом возглавляли процессию, Хаджар находился в центре, а Шенси замыкал процессию.

Самое тривиальное построение для защиты важной персоны или ценного груза. Вот только Хаджару было как-то непривычно находится не в арьергарде или авангарде, а на положении этого самого “груза”. Обычно это он кого-то сопровождал или охранял, а не наоборот.

— Ты явно о чем-то хочешь меня спросить, парень, — Шенси абсолютно незаметно для Хаджара переместился прямо к последнему. И теперь это уже не выглядело так уж удивительно.

— Ты так нервно дергаешь задницей, будто девка перед сыном торговца. И не могу сказать, что твоя корма не соблазнительна, но я, все же, больше по женской части. Правда за почти сотню веков у меня случалось несколько экспериментов, но… — Шенси щелкнул пальцами по поле шляпы. — не думаю, что ты хочешь сейчас говорить именно об этом.

Хаджар вообще не был уверен, что он в принципе хочет когда-либо об этом говорить. Чужие постельные похождения его мало волновали.

— Когда ты собирался об этом рассказать?

— О своих экспериментах? Парень, я куда старше, чем выгляжу. За такое время каждый адепт успеет попытаться как-то освежить весьма ограниченные удовольствия плоти и…

Шенси посмотрел на Хаджара, затем на бегущего впереди Шакха и чуть устало вздохнул.

— Мальчишка пустынник растрепал? — задал риторический вопрос Абрахам.

На какое-то время они оба замолчали. Хаджар не торопил старого мошенника. Он в целом наслаждался пусть короткой, но возможностью отдохнуть от бесконечных “злоключений”. Иногда так приятно ни о чем не думая, бежать по тракту, петляющему среди лесов и холмов.

Хаджар промолчал. Он давно уже перестал считать себя “хорошим” или тем героем, что его выставляли барды в своих произведениях. Хаджар убедился в том, что он просто очередной монстр, который не встречал монстра, сильнее себя. Во всяком случае — пока еще.

— Так что не обижайся на мои слова, — продолжил Шенси. — я знаю тебя столь краткий срок, что погибни ты сию секунду, я не пророню и слезинки на твоей тризне, а через несколько лун уже и не вспомню, что вовсе встречал тебя.