Впрочем, для нее все это были не деньги, лишь цифры. Вначале она еще пыталась вникать, но после бросила это занятие, так как ей популярно объяснили, что в чужие дела, в которых она ничего не смыслит, лучше не соваться. Она и не совалась. Тем более что переводы проходили без проблем, к чему она уже привыкла. Она даже проценты, в отличие от Игоря, не получала, так как начальство справедливо рассудило, что если ей платить с таких сумм, она испугается гораздо больше. Хотя премии все же изредка подкидывали.

— Что? Да, отправляйте. — И опять уткнулась носом в бумаги.

Наверное, Игорь надеялся, что она что-то заподозрит, перевод сорвется по независящим от него причинам. Но бухгалтер ничего не заподозрила… Шлагбаум был открыт…

Он проставил на платежке все необходимые исходящие, перепроверил еще раз реквизиты и запустил ее в работу. Он сделал то, что от него требовали. Со счета, на который регулярно поступали немалые средства, были списаны пятьдесят миллионов рублей, которые ушли по подложному адресу и поступили на счет, очень похожий на настоящий, в том же самом банке. И в ряду прочих траншей это был не самый большой перевод…

Игорь положил рядом две платежки.

Они были почти идентичны, как близнецы. Он действительно мог ошибиться в некоторых цифрах и буквах.

Может, и прав Сергей Михайлович, может, никто ничего не заметит, по крайней мере до сверки, а когда хватятся, можно будет закосить под невнимательного дурака… А там… как-нибудь выкрутится, потому что в «шапку, пущенную по кругу» друзья накидали денег немало. А после можно будет продать квартиры, дома, участки, акции, заграничную недвижимость… Много чего можно будет продать, и очень выгодно, если не торопиться.

Главное, чтобы негодяи сдержали свое обещание и выпустили мать Марии.

И если всё пройдет гладко, то уже завтра этот кошмар закончится…

Квартира была маленькая, двухкомнатная, типичная «брежневка».

Нетипичной была обстановка. По современным меркам ее попросту не было!

В коридоре к стене была приколочена вешалка. На кухне стояли холодильник, стол и пара стульев. Под столом в картонных коробках сложены кастрюли, сковородки и посуда. В комнате у стены торчала узкая железная кровать, заправленная полосатым солдатским одеялом, табурет и один, уставленный коробками, стеллаж.

— Ну ты, Михаил, даешь! — удивился Игорь. — Как же ты без мебели?

— Как раньше на службе. В казармах мебели нет, там все функционально — кровать, тумбочка, табурет для формы и вешалки в каптерке. Бойцам обрастать вещами нельзя. Сегодня ты здесь, завтра — приказ, и ты у черта на рогах, на другой стороне «шарика». Не тащить же за собой вагон шмоток. Вот я и привык.

— Хотя бы диван купил.

— Зачем? Кровать — чтобы спать, диван — валяться.