И даже немножечко вибрировал — по крайней мере, мне так снаружи показалось.

Потом конвой завел меня внутрь, и я успокоилась — нет, не показалось!

— “Маргариту”! — скомандовала бармену Эва.

— “Пина коладу”, — Камий ослепительно улыбнулась.

— “Дайкири” и “Лонг-Айленд”, — за двоих заказала Элоди.

Бармен профессионально улыбнулся в ответ:

— Будет сделано! — И перевел взгляд на меня. — А вы будете что-то заказывать?

— О-о-о! — Уважительно протянула Эва, переглядываясь со свитой.

Я независимо пожала плечом: я сюда пришла расслабляться — и я расслаблюсь!

Вот нифига бы я не нашла места, если бы пришла сюда в одиночестве! А Готье его на пятерых организовала мгновенно.

Помещение полнилось музыкой из огромных колонок и гулом голосов, старающихся ее перекричать. Свет пульсировал в такт музыке, а у меня в голове в такт музыке шумело. Нет, пить-то я умела, но после целого дня на ногах и на голодный желудок всё-таки вставляло.

— Нет, ну серьезно, что ли, у вас с ним ничего нет? — Камий, навалившись мне на плечо, почти орала в ухо, чтобы я могла ее расслышать.

— Он же такой! Такой!

Она с кошачьим урчаньем изобразила пантомимой, какой именно гросс Теккер, и я рассмеялась.

— У нас с ним ничего нет! — Торжественно объявила, катая стакан в ладонях.

И мысленно добавила: “Кроме секса!”.

— Ага! А если у вас с ним ничего, то почему я его тогда сегодня в молле видела? И знаете — где, девчонки? — Она обвела подруг взглядом и выпалила, ткнув в меня пальцем, — В отделе нижнего белья!

— Эй! — Теперь настала моя очередь перекрикивать музыку.

— Я сказала, что у него со мной ничего нет. Но я не говорила, что у него ни с кем ничего нет!

— Ой, да не ходит он ни к кому больше! Думаешь, в нашем кампусе можно что-то утаить?

— А в городе? — Вбросила я провокационную идею.

Камий хотела что-то ответить, но ее опередила Эва:

— Да хватит тебе, в самом деле! А то Кэсс еще подумает, что ты на него запала!

— А что тут такого? — Искренне удивилась Камий, и я мысленно к ней присоединилась.

— Ну, здорово! — Расхохоталась Готье, и я заподозрила, что развезло тут не меня одну.

— Ты практически открытым текстом втираешь Морель, что запала на ее парня!

— Так она ж сама говорит, что он не ее парень!

— Да мало ли, кто что говорит! — Эва отмахнулась от аргументов Камий рукой, в которой была зажата “Маргарита”, широкий бокал на длинной ножке описал дерзкий полукруг и плеснул коктейлем на пол. Готье зашипела, заглянула в бокал, и расстроенно добавила. — Ночует-то он у нее!

— Ну… — Камий взглянула на меня с надеждой.