– Едва не опоздал! – заметила Ольга, встретив меня на перроне.

– Ты б еще за час предупредила! – огрызнулся я, от злости переходя на «ты».

Меня и вправду трясло. Полдня я стоял на ушах. Моя трудовая книжка иностранному работодателю ни на что не упала, но ее следовало забрать и оставить на хранение. Квартиру передать надежному человеку. Одноклассник Пашка, измученный жизнью на совместных метрах с тещей, за право жить по-человечески клятвенно пообещал платить коммуналку аккуратно. Труднее пришлось с расчетом. В бухгалтерии, прознав, зачем увольняется молодой врач, морщили носы, заявляя о невозможности так быстро начислить и выдать деньги. Я ловил на себе завистливые взгляды теток. Деньги требовались позарез: в кошельке у меня ветер свистел. В сердцах я пообещал бухгалтершам, что моя зарплата повиснет в поликлинике вечным депонентом, из года в год проверяющие будут вписывать это в акты, из-за чего бухгалтеров будут иметь часто и в извращенной форме. Угроза подействовала – деньги выдали. Довольный, я вышел из кассы и в коридоре нос к носу столкнулся с Ксенечкой. Похоже, она специально караулила. Ничего удивительного: в райцентре друг друга все знают, новости разносятся мгновенно. Кто-то не поленился позвонить.

– Уезжаешь? – спросила Ксенечка и закусила губку.

– Ага! – не стал я запираться.

– Принимают только одиноких мужчин.

– Вызовешь меня, как устроишься?

– Скотина! – вспыхнула Ксенечка.

– Конечно! – согласился я. – Еще какая! Это ведь я бросил тебя и ушел к кошельку на ножках.

– А что мне оставалось? Жить на твою нищенскую зарплату? Теперь я могла бы вернуться, – многозначительно пообещала она.

«Помечтай!» – подумал я и обогнул препятствие.

– Подумаешь, принц! – закричали мне вслед. – Другого найду! Лучшего!

«Флаг тебе в руки!» – мысленно пожелал я. Меня трясло. Ладно, ушла – дело житейское. Не я первый, кого невеста бросает из-за денег, и не последний, как думаю. Но зачем изображать оскорбленную невинность? Задирать нос, думая, что стоит пожелать, как бывший возлюбленный забудет все и станет носить на руках? Пусть тебя твой боров носит! Я хоть и бедный, но бывшим в употреблении брезгую…

К себе домой я завалился за час до отправления маршрутки, злой и взмыленный. Вещи в сумку бросал, почти не глядя. Хорошо, Ольга посоветовала не проявлять фанатизма: на месте выдадут необходимое. Кроме зубной щетки с пастой, электробритвы и смены белья, я прихватил только одну ценную вещь – ноутбук, приобретенный путем жесткой экономии. Ноутбук был хорошим и новым. Я не без основания полагал, что работодатель в Турции подобного девайса стюарду не выделит. На жестком диске компьютера, помимо любимых фильмов и книг, хранились семейные фотографии – память о маме и тете.