«Сознательных» порвали в клочья, развесили по столбам, многих вообще сожгли заживо — они довели народ до ручки своими трескучими лозунгами и беспардонным воровством. Если кто-то из них и выжил, то затаился и сидит тихо-тихо.

— Вы уверены, что те, кто придет им на смену, лучше? — глухо спросила императрица. — Ведь менталитет народа просто так не изменишь. А окраинский народ два века приучали нас ненавидеть. Теперь восставшие просят помощи. У нас! Вас это не настораживает? Генерал, — обратилась она к Тарковичу, — уж вы-то как раз должны понимать, что нас, скорее всего, кто-то хочет использовать в своих интересах. Да и предводители подобных восстаний — это обычно пена, мразь и подонки, которых нужно без жалости давить, пока они не устроили кровавый террор. Вспомните историю всех революций. Исключений не бывало!

— Здесь есть одно «но»… — задумчиво возразил тот. — Если планета Гонхас, а не только Окрайна, являющаяся всего лишь самым большим государством на ней, войдет в состав Росской Империи, то император будет иметь законное право прижать всю эту накипь к ногтю. И в этом ему хорошо поможет СБ. Да и мой департамент в стороне не останется. Хотя решать, конечно, вам. Но прошу поспешить с решением — еще немного, и там воцарится полный хаос. Тогда наведение порядка будет стоит куда большей крови.

Катинка потерла лицо ладонями. Проклятье! Ну почему Алесий уехал в такой момент и свалил решение на нее?! Девушка понимала, что если не отправит помощь, то ответственность за пролившуюся кровь будет лежать на ней. Но ведь если не отправит — тоже! И поди пойми, в каком случае крови прольется меньше.

— А у нас сейчас хватит сил, чтобы аннексировать и, главное, удержать Гонхас? — резко спросила императрица.

— Хватит, — уверенно заявил Таркович, остальные двое подтвердили. — У нас четыре синтарские дивизии бездельничают. Вот пусть и займутся чем-то полезным.

— Хорошо… — тяжело вздохнула Катинка. — Отправляйте помощь. Только сразу предупредите командиров дивизий, что я кровавого беспредела не потерплю. Понимаю, что без крови не обойтись, но прошу постараться лить ее как можно меньше. А то синтарцам только волю дай, так ничего живого не останется…

— Это так, — едва заметно усмехнулся генерал, вспомнив историю с децимацией. — Благодарю за решение, ваше величество! Позвольте откланяться!

И, получив утвердительный кивок, все трое поспешили покинуть кабинет. Катинка проводила их задумчивым взглядом и вздохнула. Между собой общего языка найти не могут, а туда же — советовать берутся. Ладно бы хоть что-нибудь одно советовали, а то каждый свое. Поди разберись, кто тут прав, а кто виноват, и виноват ли.

Нехотя императрица подошла к терминалу и принялась просматривать поступающие сводки.