Тогда Крячко перешел к беседе по душам. Вспомнил прошлое дело Гладышева, посетовал на несовершенство системы, посочувствовал, что в том давнем деле Гладышеву попались недобросовестные сотрудники, но и эти попытки не привели к успеху. Гладышев и рта не раскрыл, даже глаза и те не открывал. Вроде как в себя ушел.

– Послушай, Василий, я понимаю, тебе сейчас не до разговоров, но мы здесь одни, – не оставлял своих попыток Крячко. – Никаких протоколов, никаких записей. Это просто беседа, от любого сказанного слова ты можешь с легкостью впоследствии отказаться. Так почему бы не воспользоваться возможностью и просто не поговорить? Хоть глаза открой, что ли!

Гладышев глаз не открыл. Он вообще никак не реагировал. Крячко вздохнул, переглянулся с Гуровым и решил дать полный расклад:

– Ситуация следующая, – медленно, с расстановкой начал он. – Восемь лет назад в Москве было взорвано Дмитровское отделение полиции. Тогда расследование зашло в тупик, но совсем недавно в деле появились новые данные. Нашелся свидетель, который видел человека, входящего в здание отдела, а спустя тридцать минут, непосредственно в момент взрыва, он же видел, как тот человек скрылся с места происшествия на автомобиле. Марку и номер автомобиля пробили по базе и обнаружили, что владелец данного авто имеет склонность привечать в своем доме гостей со всего света. Также у владельца автомобиля имеется картотека, что-то вроде журнала регистрации постояльцев. Одним из постояльцев в этом журнале числишься ты, Гладышев. Время совпадает. Что можешь сказать на это?

Гладышев упорно молчал, но Крячко видел, что тот ловит каждое его слово, и решил продолжать.

– Виктор Мережко, – произнес он. – Знакомое имя? Можешь не отвечать, Мережко сейчас у нас, он сможет тебя опознать. Кроме того, есть еще один свидетель, который находился в доме Мережко в то же самое время, что и ты. Он тоже тебя опознает. И то, что ты на протяжении нескольких недель пользовался хозяйским «жигуленком», тоже подтвердит. Если тебе есть что сказать по этому поводу – сейчас самое время. Пока судебная система не запущена, пока у нас есть возможность тебе помочь, воспользуйся шансом. Не стоит доводить дело до критической точки, как ты сделал это в прошлый раз.

Но и на эту тираду Гладышев не ответил. Он демонстративно откинулся на спинку сиденья, давая понять, что по горло сыт душещипательными беседами. Однако Крячко не привык сдаваться.

– Сказать, почему мы даем тебе шанс выйти из этой передряги без потерь? – вдруг спросил он. – Потому что считаем, что к взрыву ты имеешь лишь косвенное отношение. Не веришь? Понимаю почему, но согласиться с твоим мнением не могу. Не все менты – козлы, и не все полицейские – менты, если ты понимаешь, о чем я.