– И откуда ты столько про зону знаешь, если сам ни разу не сидел? – не удержался от вопроса Крячко.

– Я на Севере живу, приходилось и в Сургуте, и на Колыме трудиться, там сидельцев на мой век хватило. Да и в Красноярске таких заведений немало, – ответил Харитоша. – А где есть колонии-поселения, сидельцев вообще в город выпускают. Сидишь в баре, а с тобой за одним столом запросто арестант оказаться может. Так что нахватался кое-чего.

– Оно и видно, что нахватался, – осуждающе покачал головой Крячко. – Только не того, что надо.

– Сможете опознать своего соседа, если мы вам его предъявим? – перевел Гуров разговор в продуктивное русло.

– Наверняка смогу, – не задумываясь, ответил Харитоша. – У меня на лица память отличная. Раз увижу – уже не забуду.

– Вот и хорошо. Посидите пока в изоляторе, а там видно будет.

– Это что, меня не выпустят? – дошло до Харитоши. – Да вы что, ребята, я ведь не при делах!

– Это еще доказать требуется, – похлопал его по плечу Стас. – Ничего, тебе это полезно. Будет время о жизни подумать: стоит ли тратить ее на глупые выходки вроде драки в баре или одиночных пикетов с сомнительными целями.

Харитошу увели. Гуров проводил его взглядом, в котором читалось сомнение.

– Думаешь, лажу прогнал? – выдвинул предположение Крячко.

– Кто его знает, – пожал плечами Лев. – Он сейчас напуган, мог и приврать для большей убедительности.

– Что конкретно тебя смущает?

– Перстень этот. Гладышев не вор, с чего ему такую татуировку делать? Он сидел, это бесспорно, но статья-то не воровская. Если Харитоша говорит правду, то мы снова на ложном пути. И где тогда искать гостя с воровской татуировкой, не имеем никакого представления.

– Придется снова журнал Мережко проштудировать.

Выудим из него все фамилии, какие только сможем, пробьем по базе, глядишь, и отыщется среди них вор, – произнес Крячко.

– Сделать это мы, конечно, можем, но будет ли толк, – протянул Гуров. – И, главное, сколько времени на это уйдет? Боюсь, зайдем мы в тупик с показаниями гостей Мережко. Жаль, хорошая была зацепка.

– Ты погоди Гладышева со счетов сбрасывать. Может, он по незнанию наколку сделал. Не в зоне, а после отсидки. Захотелось увековечить память о зоне или спьяну сглупил. Такое бывает.

– Что-то долго полковник Агуреев не звонит, – взглянув на часы, заметил Лев.

 – Два часа прошло. По моим подсчетам, Гладышева должны были уже взять.

– Так позвони сам. Заодно и насчет наколки поинтересуешься, – предложил Крячко.

Гуров так и сделал. Набрав номер курского управления, попросил соединить с полковником Агуреевым. Дежурный велел ждать и перевел звонок в режим ожидания. Полковник не подходил к трубке минут пять. Гуров уже решил, что про него забыли, но в конце концов звонок прошел, и он услышал голос Агуреева.