Митрофанова на всякий случай подождала, пока миллионерша подаст ей пример, и только потом опасливо опустилась в непонятное кресло – впрочем, оно тут же приняло форму <ее тела и приятно обволокло мягкостью и теплом.

Надя терпеливо вынесла уже привычный американский ритуал: "Что будете пить? Сок, какой именно? Со льдом или без?" – и дождалась, покуда толстая негритянка в белоснежной наколке прикатит сервировочный столик. Надин сок был, разумеется, свежевыжатый. Поле подали странный коричневатый напиток – Митрофанова уловила запах спиртного (Ром? Виски? С утра?).

Наконец негритянка убирается восвояси, сделан первый глоток, миссис Шеви снова улыбается и неожиданно выпаливает:

– Надя, я хочу вам помочь!

Ледяной сок обжег горло.

– Помочь? Мне? В каком смысле?

– В самом прямом, – Пола внимательно смотрит ей в глаза. – Я знаю, что сейчас происходит в России. Нестабильность, безработица, безденежье. И жизнь по совершенно особым, волчьим законам. Порядочному человеку – такому, как вы, – преуспеть в таких обстоятельствах практически невозможно…

Надя, покраснев (а ведь так старалась держать лицо!), громко звякает стаканом о стеклянную поверхность столика. Выпаливает:

– Благодарю вас, Пола, но я ни в чем не нуждаюсь.

Ну-ну, дожили до американских подачек!

Пола ласково накрывает ее руку своей и улыбается – чарующе, призывно. Ладонь у миллионерши мягкая и сильная, ее прикосновение приятно, миссис Шеви легонько поглаживает пальцами Надину руку… Митрофанова взглядывает миссис Шеви в глаза – и видит в них жаркие огоньки Она вздрагивает. Боже, только не это!

Похоже, что Пола.., что Пола – ее хочет! Она соблазняет ее! "Ой, дура я! – мысленно вздрагивает Надя. – Сама, по собственной воле, приехала в гости к этой похотливой, безумной сучке?! Бежать, бежать прочь из этого сумасшедшего, дорогого, голого дома!"

Надя резким движением вырывает руку из-под ладони Полы.

Та, не смутившись, смеется:

– Надя, простите меня! Я – идиотка. Ненормальная американская идиотка! Вы решили, что я хочу с вами… – она кокетливо улыбается, – переспать?

Надя, покрасневшая и сердитая, бурчит:

– Ничего я не думаю…

– Надя, выслушайте меня. И, пожалуйста, не перебивайте. В первую очередь скажу – соблазнять вас я не собираюсь. Мое предложение заключается совсем в другом…

Пола залпом допивает свой непонятный напиток – кажется, это все-таки ром – и начинает говорить – так быстро, что Митрофановой приходится сконцентрировать все внимание, чтобы не упустить ни одного слова.

Но все равно воспринять английскую речь с ходу, как родную, ей не удается – и она быстро, про себя, переводит:

– Я действительно хочу вам помочь, Надя, и мое предложение.., м-мм.., несколько необычно. Но для вас в нем, уверяю, нет ничего оскорбительного.