Некоторое время постояв за дверью палаты, словно ему нужно было перебороть себя и всё же уехать, Серебров направился к лифту. Впереди его ждал серьёзный разговор с отцом.

- Это твой был, что ли? - задала вопрос Женя в той манере, к которой я уже, кажется, начала привыкать.   

В первый день, когда меня только положили в эту палату, было довольно сложно сохранять лицо, стоило мне столкнуться с компанией в виде Евгении. Матери четырёх детей, вынашивающей пятого отпрыска своего санта-барбарного семейства.     

- Ты о Яне? Столкнулась с ним?     

Вопрос задала скорее из-за необходимости поддержать разговор, чем из потребности общаться в данный конкретный момент.

Потому что беседа с мужем меня выпотрошила. Иссушила. Какой бы нейтральной она ни была.     

- Столкнулась, ага.       

Женя начала сооружать себе на постели нечто вроде горы из подушек. Одна из них была той, что ждала Евгению при поступлении в стационар, вторую она вытребовала у медсестёр. Остальные три ей добыл и доставил муж. Феерическая женщина…      

Из разговоров с ней я уже успела узнать многое. Она замужем второй раз. Ей сорок два. Носит пятого ребёнка.

С первым мужем развелась сразу, как родила третью дочь. Супруг мечтал о сыне, у них не получалось. Когда на свет появилась Лилечка - при этом старшей не было ещё и четырёх лет - Женя погнала Тимура куда глаза глядят. Ибо он начал вещать ей, что она для него недостаточно хороша, раз рожает девок.    

Немногим позже Женя нашла нового мужа, на десять лет младше неё, которому сначала родила одного сына и вот теперь вынашивала второго. Глядя на эту дородную, полную сил и оптимизма женщину, я невольно задавалась вопросом: «Почему мне так не повезло?»      

Отчего я сейчас не хожу с пузом, в котором сидит четвёртый-пятый-седьмой ребёнок? Отчего не могу махнуть рукой на анализы и прибыть в дородовое только если начнёт тянуть так, что на стену лезть хочется?   

Почему я не такая?       

- Ну, он не мой, - передёрнула я плечами.

     

Тут же почувствовала на себе осуждающий взгляд Жени. Она, зная мою историю, которую я рассказала ей пусть и дозировано, но зря, считала, что мне нужно сойтись с Яном. Дескать, не так уж он и виноват.     

- Но да, это был мой муж.      

Сказав это, я легла на постель и повернулась набок.

Тем самым говоря, что вести и дальше беседы о Сереброве я не намерена. Достаточно было всей той взвеси чувств, что он уже поднял со дна моей души.     

Эти его жесты, когда он падал на колени. Этот его взгляд…     

Стоп, Арина! Тебе вовсе не стоит об этом думать. Ведь одно дело, когда Ян показывает своё раскаяние, и совсем другое - когда делает мужские поступки. А их я пока, увы, не дождалась…        

- Пап, хорошо, что ты здесь, - сказал Ян, входя в квартиру.