Далеко за полночь Саша забылся в тревожном сне, но стоило взойти солнцу, как он опять проснулся. Сон не помог – вчерашние мрачные мысли с новой силой овладели его головой. Он тихонько встал, вышел на балкон и, закурив, задумался, к кому из друзей обратиться за объяснениями.

Космос? Нет, после вчерашней стычки он может и послать подальше, а нарываться на новый конфликт совсем не хотелось – не до того. Фил? Уж Фил-то наверняка зла не держал, вот только вряд ли расскажет все как есть… Пожалеет – промолчит, или соврет. Оставался один Пчела.

Белов вернулся в комнату и посмотрел на часы – рановато, конечно, но мучиться неизвестностью было уже невмоготу. Он быстро оделся и неслышно выскользнул из квартиры.

– Кто? – послышался из-за двери сонный голос друга.

– Сержант Белов! – мрачно буркнул в ответ Саша.

Щелкнул замок, и в дверном проеме появился закутанный в простыню Пчела.

– Ты в курсе, который час? – недовольно спросил он.

– Пчел, выйди, поговорить надо, – мотнул головой Саша.

Хозяин оглянулся куда-то назад, в глубь квартиры и, понизив голос, объяснил:

– Я с телкой…

– Одевайся! – отрезал Белов.

– Что, теперь меня бить будешь? – хмыкнул друг.

– Не пори ерунды, пойдем.

– Ладно, сейчас, – нехотя кивнул Пчела. – Подожди, штаны одену…

– Давай… – кивнул Саша и, развернувшись на каблуках, зашагал вниз по лестнице.

Пчела появился быстро, почти следом. Он неторопливо подошел к беседке и, сладко зевнув, спросил:

– И как ты в такую рань встаешь?.. – он потер заспанную физиономию и попросил: – Дай сигаретку…

Саша молча протянул ему пачку «Родопи».

– И куришь дрянь какую-то… – затянувшись, проворчал Пчела.

– Рассказывай, – коротко бросил Саша. Друг вздохнул и пожал острыми плечами.

– Ну что рассказывать?.. Зря ты вчера на него накинулся. Уж лучше мы тебе расскажем, чем чужие, разве нет?.. – он поднял на Белова глаза, но тот ничего не ответил, только смотрел – мрачно и решительно.

Пчела не спеша затянулся и, чуть поморщившись, выпустил тугую струю табачного дыма.

– Короче, в Люберцы она переехала… Вот… Мы и не знали про неё ничего, – Пчела говорил вяло, с неохотой, словно через силу. – Ну, а у наших старших точка есть в центре, и тут из-за неё спор возник. Мы разбираться приехали – все чин чинарем, на пяти машинах… Ну, обсудили все, потом глядим – а в кабаке Ленка Елисеева. С какими-то четырьмя чертями за столиком сидит, вот… Космос подошел, что-то ей сказал – она в краску… Потом уже справки навели: она вроде как этой… как ее… манекенщицей стала, ну и аля-улю… Короче, – по рукам пошла…

Белов слушал его, низко опустив голову. И так же – исподлобья – спросил:

– Что за точка?

– Да ладно, Сань, брось ты, ну… – Пчела коснулся Сашиного плеча.