Наконец она добралась до вершины холма и оказалась на поляне, где Снейп уже развел костер и теперь водил палочкой над ворохом ткани на земле, который постепенно разворачивался, превращаясь во впечатляющего вида палатку. Совершенно измученная Гермиона подошла, бросила сумку и рухнула на землю, радуясь теплу потрескивающего огня. Она закрыла глаза, не в силах вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой усталой. Или такой одинокой. Снейп обладал поразительной способностью заставлять ее чувствовать себя в его компании более одинокой, чем когда она действительно была одна.

Он мастерски владел искусством унижать и явно был полон решимости во всю применить его к ней.

Когда через пару минут Гермиона разлепила глаза, то увидела, что палатка Снейпа уже установлена, а внутри сияет теплый свет. Через входной проем она смогла разглядеть удобное кресло и его темную фигуру, развалившуюся в нем со стаканом янтарной жидкости в руке и стопкой пергаментов на коленях. От этого вида она чуть не расплакалась. Он расположился там с удобством, весь такой важный, а она лежит на сырой траве изможденная, не в силах пошевелиться.

Все должно было быть наоборот. Разве из них двоих не он тут слетел с катушек и должен медленно отползать на кладбище?

Гермиона неохотно заставила себя подняться на дрожащих ногах. Схватив свой рюкзак, она вытащила сложенную палатку и бросила ее на землю на приличном расстоянии от его палатки. Пробормотав несколько заклинаний, она разложила ее, а затем трансфигурировала ее одноместный размер в двухместный, чтобы иметь больше пространства. Ее навыки трансфигурации не шли ни в какое сравнение с навыками Снейпа: рядом с его двухкомнатным, высотой в человеческий рост, особняком ее палатка казалась хибарой из трущоб, но это было все, на что Гермиону хватило в ее состоянии.

Вытащив крошечный спальный коврик, она увеличила его до нужного размера, а затем трансфигурировала, превратив в нечто, похожее на более-менее удобный надувной матрас. Гермиона бросила матрас в палатку, за ним последовали спальный мешок и подушка, затем она отнесла рюкзак обратно к огню и вытащила походную горелку.

Она умирала от голода. К счастью, горелка была волшебной, и еда готовилась быстрее, чем на обычном огне.

Гермиона быстро вытащила нож, разделочную доску, мясо и овощи. Бросив на сковороду немного рубленой говядины, она добавила лук и чеснок, а затем измельченные овощи, банку консервированных помидоров, зелень и приправу. Нарезав буханку хлеба на куски, она намазала их маслом. Через несколько минут все было готово.

Гермиона трансфигурировала ложку в половник и наложила большую порцию на тарелку, после чего села у огня, скрестив ноги, и уже была готова окунуть хлеб в аппетитный соус. Но вдруг подняла голову.