Ты меня поняла?

– Да сэр, – выдохнула она, опустив голову.

Он встал на колени на кровать позади нее, даже не сняв ботинки – если он не будет совсем раздет, то сможет уйти сразу, как закончит.

Положив руку ей на спину, он надавил, заставив поднять ягодицы и ниже опустить голову, так что рыжие волосы веером рассыпались по простыне. Просунув колено между ее бедер, он раздвинул их и положил ладонь на ей на задницу.

– Твое наказание и то, что оно повлечет за собой, закончится, если ты произнесешь стоп-слово. В противном случае ты примешь все, что я сочту нужным с тобой сделать, – он замолчал, размышляя еще кое о чем.

– Ты будешь просить прощения после каждого удара. Тебе понятно?

– Да, сэр, – донесся до него ее приглушенный ответ. Ее податливость его порадовала.

– Значит мы достигли соглашения.

Он скользнул рукой по ее ягодицам вниз и проник указательным пальцем в отверстие, которое, как он и ожидал, уже истекало влагой. Добавив второй палец, он начал механически двигать ими. Снейп не видел смысла что-то говорить ей: его действия скажут всё лучше слов.

Обхватив основание члена, он приставил головку ко входу и снова вызвал в памяти свою фантазию.

Сравнив ее с тем, что было перед ним, он скривил губы в невеселой усмешке и вошел.

Джинни со стоном сжала в руках простыню. Снейп снова ворвался в нее до самого конца, и она вздрогнула всем телом. Она так приятно и туго сжимала его член: либо они совсем мало трахались, либо Поттеру не хватало объема растянуть ее. Снейп предполагал последнее, но его мало интересовал член Поттера – гораздо больше его интересовала его бывшая невеста.

Со следующим толчком он резко шлепнул ее по ягодице, заставив вскрикнуть от неожиданности.

– Простите, сэр, – после короткой паузы сказала она.

Было хорошо. Лучше, чем он ожидал. Он продолжал давить ладонью на спину Джинни, трахая ее, а второй рукой жестко шлепал по заднице. Она не сбивалась с ритма, говоря то, что он от нее потребовал. Спустя какое-то время покалывающую руку пришлось сменить. Теперь он откинулся назад, чтобы смотреть, как его член исчезает между ее горящими красными ягодицами, подрагивающими как малиновое желе.

Ее голос стал прерываться из-за боли, и извинения зазвучали выразительнее, почти искренне. Поначалу Снейп упивался этим извращенным выражением собственной власти, но затем ему стало некомфортно. Однако подобная возможность предоставлялась ему нечасто, и стиснув зубы, он заставил себя продолжать.

Ускорившись, он наблюдал, как его скользкий член делает все более короткие выпады внутри нее. Он шлепнул ее так сильно, что она закричала.

– Простите, мне очень жаль!

У него перехватило дыхание.