Прошло только три месяца после родов, а я уже на три кг меньше, чем была до беременности.

С большим аппетитом ем мясо, салат, и блинчики, запивая всё это яблочным соком. Но в конце не сдерживаюсь, и ем ещё кусочек тортика.

Когда поворачиваюсь, Гордей сидит тихо на кровати, прижимая Аню к себе. Сегодняшний день доведёт меня до истерики. Я и так еле-еле держусь. Гормоны это, или же Горский, не знаю. Но меня прошибает любовью ко всему происходящему. Я пьяна чувствами, картинками, эмоциями, запахами, словами. Всем, что происходит.

— Спасибо, я поела. Как вы тут?

— Я бы так не сказала, — улыбаюсь я.

— Кому-то пора менять памперсы.

Бедный Гордей, меняется в лице. Если уж он не держал маленький детей на руках, то и о памперсах речи не может быть.

— Давай, я поменяю. А ты смотри и учись.

Вы бы видели эту картину. Гордей наблюдает за сменой памперсов, как за операцией хирурга. Внимательно и задавая много вопросов. Я, честно говоря, от души насмеялась.

— Гордей, спасибо за ужин, но нам пора домой.

— Давай останемся тут. Я не буду приставать, обещаю, — и он демонстративно, с улыбкой поднимает руки вверх.

— Извини, но нам, правда, нужно домой.

Анечку надо купать, и тут нет кроватки для неё. А она спит только в ней.

— Хорошо. Тогда вы пока побудьте тут, а я организую сухую одежду.

Гордей пошёл звонить, а я пока решила позвонить родителям.

Через полчаса в номер внесли пакеты с одеждой. Мне новый спортивный костюм, Анечке розовое платье. Гордею тоже спортивный костюм.

А ещё через полчаса Матвей забрал нас и отвёз к дому. Настроение моё почему-то испортилось. И хотя, Гордей сидел рядом, а Матвей за рулём. Я всё время чувствовала напряжение.

Наша история, не может иметь продолжения.

Гордей никогда не забудет тот факт, что я чуть не переспала с его братом. И пусть он уже знает правду, факт остаётся фактом. Я чуть не переспала с его братом.

— Я завтра заеду за вами, можно?

— Прогуляемся. Во сколько вы обычно гулять выходите?

— Давай в двенадцать.

Гордей достаёт коляску с багажника, но так как Аня спит у меня на руках, класть я её не хочу. В доме хоть и лифт, но всё равно неудобно вести коляску с младенцем на руках.

— Я помогу поднять, — заключает Гордей и пропускает меня вперёд.

Ухожу, не попрощавшись с Матвеем.

Мне неприятно находиться сейчас с ним рядом.

Я открываю дверь, Гордей заталкивает коляску вовнутрь. Я захожу за ним. Приглашать я его не собираюсь.

— Спасибо за помощь, — говорю полностью холодным тоном.

— Не за что. Так и должно было быть с самого начала. — Гордей немного мнётся на месте. Возможно, ждёт от меня каких-то слов. Но я так устала за сегодня, что ковыряться в чьих-либо сомнениях нет желания. — Спасибо за шанс. Я пойду. До завтра.

Гордей покидает коридор, и я, молча, закрываю за ним дверь.