– Спасибо, что рассказал мне, – поморщившись, произнесла она и потерла бокал.

Я не знал, чего ожидать. Нет, на самом деле знал. Я ждал, что Эмилия скажет, что ее работа может пойти на хер, потому что она хочет поехать со мной.

Но почему она должна была отказываться от своей карьеры ради того, чтобы я смог продолжить свою?

– Не за что. Ты будешь последний димсам?

Я указал палочками на ее тарелку. Она покачала головой, а на ее лице внезапно отразилась грусть.

– Они просто отменные, – сказал я, быстро подхватил десерт и засунул его в рот, чтобы не пришлось ничего больше говорить.

Глава двадцать восьмая

Эмилия– Мне правда очень жаль, – повторила я в миллионный раз, теребя пальцы, как провинившийся ребенок.

Я стояла посреди кабинета Брента. Он был оформлен в белом цвете от пола до потолка, если не учитывать картин, висевших на каждой стене. И они были прекрасны.

Земляничные поля.

Голые мужчины в причудливой обуви.

Плачущий пистолет.

И последняя – с цветущей вишней.

Он посмотрел на мою картину и, вздохнув, поправил на носу очки для чтения.

– Я не знаю, что тебе сказать, Милли, кроме очевидного. Ты совершаешь огромную ошибку.

Я бы поспорила с ним, но не видела в этом смысла. Возможно, он был прав. Сколько девушек решилось бы оставить все, что им так знакомо и любимо – город, работу мечты, сестру, – ради парня, который выгнал их из города, едва им исполнилось восемнадцать? Немного. Но я оказалось одной из них.

Мною завладели нелогичность и безрассудность, глупость и иррациональность… потому что я принадлежала ему.

Поэтому я продолжала стоять, нервно постукивая ногой. Брент оттолкнулся от белого стола, поднялся на ноги и подошел ко мне. Сейчас я чувствовала себя совершенно по-другому, чем в те мгновения, когда стояла перед Вишесом в роли босса.

Потому что сейчас я испытывала не страх, а грусть. Жертвенность подобна вредной привычке. Ты отказываешься от чего-то хорошего, чтобы заполучить что-то, на твой взгляд, еще лучшее.

– А как же Рози? – спросил он.

Брент не очень хорошо знал сестру, но пару раз встречался с ней и понимал наше положение дел.

Я пожала плечами. Это решение далось тяжелее всего. Я все еще чувствовала себя предательницей.

– Она начала встречаться с одним парнем, Хэлом. И останется здесь, в Нью-Йорке. А еще планирует вернуться к учебе в школе медсестер.

Брент вновь посмотрел на меня, и в его взгляде явно читалось: «Видишь? Тебе тоже следовало остаться». Но я сделала вид, что не заметила осуждения, и вновь повернулась к картине с голыми мужчинами.

– Мне жаль, что я разочаровала вас, – сказал я.

И я говорила искренне.

– Это не так. – Вздохнув, Брент наклонился ко мне. – Я лишь надеюсь, что ты не разочаруешься в себе.

* * *Отдав заявление о своем уходе, я направилась к Вику.