Я молилась про себя, чтобы он проехал мимо, не унижая меня еще сильнее. Но чуда и тогда не случилось.

– Девушка, вы заблудились? – спросил он, притормозив. Его спутница посмотрела на меня, как на пустое место. Ее ухоженные пальцы лежали на его плече так… по-хозяйски. Я не настолько глупа, чтобы сложить два плюс два.

– Да, но я знаю дорогу назад, – пробормотала я в ответ.

– Странная какая-то, – прокомментировала блондинка. – Поехали, Дино, мы опоздаем.

И автомобиль рванул с места, оставив меня стоять в облаке пыли. Наверное, не стоит пояснять, что после я ему больше не звонила и, тем более, не ждала, что он позвонит мне сам.

Однако телефон продолжал вибрировать. Моей гордости хватило ровно на пять минут, и я снова ответила на вызов.

– Что тебе нужно, Дино? – спросила, как можно небрежнее, хотя хотелось снова послать его, вылив все свое негодование и обиду.

– Хочу угостить тебя ужином, Дреа.

– И ты всерьез думаешь, что я соглашусь? – от возмущения у меня даже волоски на затылке встают дыбом. Еще немного, и я зашиплю, как кошка.

– Да. И поэтому я внизу, и жду тебя. Можешь не торопиться. Я пока послушаю музыку в машине.

– Давай ты скажешь мне это лично. К тому же, ты повторяешься, – невозмутимо заявил Орсини, и я даже дар речи потеряла. Вот как реагировать на подобную наглость? Проигнорировать? Отключить телефон, спрятаться и просто забыть о звонке?

И сходить с ума в одиночестве в пустой квартире, которая уже больше не принадлежит мне?

Мне плевать, что он обо мне подумает, но я не могу сейчас оставаться в четырех стенах наедине со своей болью.

Через час мы уже сидели в небольшом кафе на небережной Гудзона, недалеко от Квинса. Я здесь раньше не была.

И, признаться, вид отсюда на небоскребы Нью-Йорка открывался эффектный и завораживающий. Пока мы ехали на его ядовито-оранжевой машине, я почти все время молчала, глядя на загорающиеся огни и витрины города. Дино не задавал вопросов и тоже молчал. Странная мы парочка. Хотя, какая парочка? Так, знакомые, которые ходят по кругу и никак не могут определиться, кем друг другу приходятся. Сегодня я не обращаю внимания ни на его внешность, ни на атрибуты роскоши, которые его окружают. Я давно поняла, что Дино Орсини лжет просто виртуозно и, возможно, постоянно. Мне просто нужно отвлечься, вылезти из кокона агонизирующей боли, на миг почувствовать себя живой. Последние полгода были адом. Я каждый день ждала звонка из больницы, каждую ночь вскакивала от малейшего шороха…

Все закончилось. Я так с ней и не попрощалась, хотя каждый день находилась в больнице по несколько часов. Я хочу верить, что мама видела мое раскаяние. Видела и понимала, что я рядом…

– Ты изменилась. Выглядишь старше, – заметил Дино, двигая мне чашку с кофе, которую, по ошибке, официант поставил ему.