– Джек, мы опоздаем, – шутливо шлепнув его по руке, сказала я, когда он наклонился и снова потянулся к моим губам. Его настырные пальцы забрались мне под юбку, погладив кружево моих трусиков. Вопреки моим протестам, Джек, все-таки, поцеловал меня, раздвигая языком губы и проникая внутрь, и потом я уже не сопротивлялась. Позволяя ему гладить меня между ног, ощущая предательскую влажность. Застонав, он оторвался, взяв мою ладонь и провел ею вдоль своей эрекции под тканью брюк.

– Видишь, как ты прекрасно выглядишь сегодня? – хрипло спросил он, резко отрываясь от меня.

С тех пор, как мы снова полгода назад стали официальной парой, он каждое утро забирал меня возле жилого многоэтажного комплекса и отвозил в Колумбийский университет. Мы вместе поступили туда прошлым летом, но, думаю, Джек мог бы попытать удачу и в более престижных учебных заведениях Лиги Плюща. Мне тоже пришлось отказаться от Принстона. То, что меня приняла Колумбия с моим катастрофическим средним баллом и низкими результатами по вступным тестам, до сих пор казалось если не чудом, то огромным везением.

После так и не раскрытого убийства Марии, все ее счета отошли родителям, которые они поделили при разводе. Мама не раз предагала мне воспользоваться деньгами сестры для оплаты обучения, но я не могла. Сама мысль о том, чтобы прикоснуться к ним – уже кощунство. Я знаю, что отец не был так щепетилен. Пару месяцев назад, он женился снова… Конечно, молодая беременная жена требует затрат.

А мама пьет с самых похорон Марии. Я думаю, уход отца она до сих пор не пережила. А его свадьба ее просто подкосила. Если сначала она выпивала бутылку вина в день, и я замечала ее состояние только по неестественно блестящим глазами и неловким движениям, то теперь напивается до отключки. Каждый вечер я нахожу ее спящей там, где придется. За столом на кухне, в гостиной на диване, в ванной или на полу.

Каждый день. Никакие разговоры и беседы не помогают. И мои слезы тоже… Когда я вернулась спустя два месяца поисков, мне пришлось сказать, что я провела это время с группой подростков-хиппи, путешествуя автостопом. Мне поверили, потому что я вела себя неадекватно с момента знакомства с Дино Орсини. Мой поступок потряс родителей, и они были безумно разочарованы во мне. Могу представить, как я выгляжу в их глазах.

Но что я еще могла сказать? Хотела защитить сестру, доверившись парню, о котором ничего не знала?

Когда я начинаю думать о том перечне совпадений катастроф в моей жизни и появлении Орсини, мой мозг начинает взрываться, и я впадаю в дикую депрессию.

Может быть, это трусливо и жалко, но я гоню от себя все воспоминания обо всем, что связано с ним. На самом деле, мне просто очень страшно, до сих пор страшно.

И все чаще не хочется возвращаться домой.