– А что взяли? – поинтересовался начальник.

– Золото, хрусталь в серебре, несколько отрезов габардина, бостона, коверкота, два кожаных пальто, фетровые бурки, колонковую и каракулевую шубы. Деньги двадцать тысяч и на девять тысяч облигаций золотого займа.

– Минин, солист Москонцерта, – ответил Серебровский.

– Это какой Минин? «Утомленное солнце»?.. – поинтересовался начальник.

– Именно он, жена его работает в жанре художественного свиста. Пластинка есть, танго «Соловей» высвистывает.

– Они хорошие люди, – перебил Серебровского Данилов, – работают во фронтовых концертных бригадах.

– Ты, Иван, – начальник достал рапорт Данилова, – объединяешь эти три преступления воедино. Основания?

– Ты поведай нам с Серебровским. Бумага бумагой, а мысли мыслями. Мы послушаем, а потом я тебе еще один вопрос задам.

Данилов помолчал, поглядел на начальника. Тот смотрел, откинувшись в кресле, лицо его было серым и отечным. И Данилов подумал, что начальник смертельно устал, впрочем, как и все они.

– Начну с Башиловки. Фургон остановили неизвестные на проезжей части, экспедитору, вылезшему из машины, нанесли удар тупым предметом по голове…

– Ломом, что ли? – Начальник прикурил новую папиросу.

– Или ломом, или монтировкой, смерть наступила мгновенно, шофера застрелили.

– Пулю и гильзы нашли?

Данилов вспомнил грязно-серый рассвет, машину-фургон с распахнутыми дверцами, тело человека у колеса и труп шофера, навалившийся на руль. Было темно и холодно, руки стыли даже в перчатках. Эксперты запалили маленький костерок и по очереди отогревали пальцы.

– Есть, – крикнул самый молодой оперативник Сережа Белов, – нашел!

Данилов подошел к нему и увидел на снегу маленький квадратный след. Его сделала еще горячая гильза, выкинутая отсекателем. Белов снял перчатку и закостеневшей на морозе рукой начал аккуратно разгребать снег. Через минуту он протянул раскрытую ладонь Данилову. На ней лежал латунный бочонок гильзы.

Данилов взял его, поднес к глазам. Похоже на гильзу от «парабеллума», но все-таки немного иная. Подошел эксперт.

– Разрешите, Иван Александрович. – Он покрутил гильзу, взглянул на маркировку. – По-моему, «радом». Приедем – баллистики скажут точно.

– Ищут, Иван Александрович, надо машину на Петровку отогнать, здесь, на улице, трудновато.

– Пулю и гильзу нашли. Они от пистолета «радом».

– ВИС-35? – удивился Серебровский.

– Это оружие еще по нашей картотеке не проходило.

– При чем здесь ограбление Минина? – нетерпеливо поинтересовался начальник.

– При осмотре квартиры Минина в прихожей найден патрон от «радома». Видно, преступник выронил его. Я показывал патрон Минину, он сказал, что видит его впервые.

Начальник встал, зашагал по кабинету.

– Это ты объединил, возможно, правильно.