Строила версии: когда это будет, как это будет, случится ли продолжение общения… И вот желание исполнилось. И все совсем не так, совершенно не так.

Звонок мамы, как всегда, не вовремя.

— Я только что гуляла с Поличкой в парке и видела Никиту…

Дальше последовала многозначительная пауза.

— Да, — подтвердила Оля. — Он гуляет со своим… отцом.

— И давно он объявился? Ты считаешь, это правильно — отправлять ребенка на прогулку с малознакомым мужчиной? Ты сколько лет его не видела, Оля? А вдруг он Никиту украдет? Чего это вдруг так внезапно вспомнил про сына?

— Мама, — Оля постаралась, чтобы голос звучал ровно. — Это не первая их встреча. Все под контролем. Я не могу лишать ребенка отца.

Вот последнее предложение она сказала зря и поняла это лишь после того, как выговорила.

— Это ты сейчас на меня намекаешь? Что я тебя лишила отца?"

"— Мама, ни на что я не намекаю. Просто…

В комнату вошел Денис, но, увидев, что Оля разговаривает по телефону и услышав «мама», тихо удалился, прикрыв за собой дверь.

— Оля, я тебя просто предупреждаю о последствиях. И кто такой Денис, который учит волейболу? Вам футбола мало?

— Кто тебе сказал про Дениса?

— Никита, конечно. Или ты считаешь, что внук ничего не должен рассказывать своей бабушке?

Почему всегда так? Почему любой разговор становится мучительным? Не ладятся отношения никак.

— Мама, Никита — мальчик, ему необходим спорт, он должен двигаться, бегать и прыгать.

— Тут по телевизору показывали, как один вот такой отец заявился после семилетнего отсутствия, его пустили в дом, стали жить вместе, прописали, а потом он отсудил квартиру. Оля, я тебя предупредила, останешься бомжом.

Началось…

— Я все поняла.

Когда телефонный разговор закончился, Оле традиционно захотелось курить. Она пошла на кухню, открыла форточку, щелкнула зажигалкой.

Денис встал рядом у окна. Они оба смотрели во двор. Через минуту на дорожке показался Никита в сопровождении Евгения. С сыном было все в порядке.

— Не торопись, докури. Я открою.

* * *— Ну что, юноша прыткий и резвый, как ты тут без меня?

— Скучал и тосковал! — радостно отрапортовал Малин, только что завершивший свой первый самостоятельный прием. — Но взял себя в руки и справился.

— Что взял себя в руки — это молодец. Руки, перед тем как взять, надеюсь, помыл?

— Конечно, — кивнул Тося. Если раньше над каждой шуткой, даже намеком на нее, хохотал как заведенный, то теперь, чтобы рассмешить интерна, надо выдать что-то и в самом деле незаурядное. Взрослеет парень. И в этом смысле тоже.

— Ну молодец, что тут сказать. Сложности были?

— Нет! — самодовольно ответил Малин. — А вас этот искал…

— Который этот?

Антон надул щеки. И тут дверь открылась, и в кабинет явил свой светлый и упитанный лик Васенька.