На месте врача за столом сидел худенький вихрастый паренек, который на доктора не тянул никак.

— Добрый вечер, а вы тут один? — спросила Оля.

Паренек ничего не ответил. Он поднял голову, открыл рот, чтобы что-то сказать, да так и замер, глядя на нее. И рот забыл закрыть.

— Его одного пока рано оставлять, — послышался знакомый голос откуда-то со стороны. Оля повернулась и увидела смежную дверь, из которой вышел Денис Валентинович. — Здравствуйте, Ольга. Вы по поводу операции, я так понимаю?

Она подтверждающе кивнула головой.

— Тося, кыш, — обратился к пареньку врач, и того как ветром сдуло. В ту самую смежную комнату.

— Здравствуйте, Денис Валентинович, — начала говорить Оля, которая решила быть очень вежливой. — Да, я по поводу операции.

Доктор тоже решил быть вежливым и жестом предложил сесть.

— Я вас слушаю.

Оля села и начала задавать самые разные вопросы: про саму операцию, про то, сколько дней отец проведет в стационаре, о послеоперационной диете, возможности его посещения и о многом другом.

А Денис Валентинович так как-то по-рабочему и очень ровно отвечал, что операция бескровная, бояться нечего, через два дня после нее выпишут, а вот диету придется некоторое время соблюдать и в первое время даже отказаться от управления автомобилем.

И весь этот разговор был какой-то совершенно спокойный и обыденный, словно ничего особенного и не намечалось, как будто они обсуждали, что надевать, если завтра будет проливной дождь.

И главное, он сказал: «Ничего резать не будем».

Прямо так и сказал.

А когда уже добавил, что ложиться в больницу надо за сутки до операции, Оля сразу поняла, что разговор закончен, и поднялась со стула со словами:

— Я все поняла, Денис Валентинович. Спасибо. Значит, через два дня?

Сказала и подала для пожатия руку. Он некоторое время с легким удивлением в лице смотрел на ее протянутую ладонь, а потом все же взял и слегка пожал.

Только после этого Оля поняла, что, наверное, так делать было не надо. Жест получился рефлекторный. Пожатие рук почти всегда сопровождает завершение деловых встреч, и вряд ли этому человеку в его кабинете протягивали руку женщины. Но он пожал и даже ободряюще сказал:

— Через два дня. Все будет в порядке, не переживайте.

И, пожалуй, Оля даже была ему благодарна за сглаживание этой едва уловимой неловкости. Все-таки вежливость — это настоящее и очень действенное оружие.

Она кивнула на прощание и вышла из кабинета. Уже закрывая за собой дверь, Оля услышала грохот и обрывок разговора:

— Тося, что там у тебя?

— Потап упал.

* * *— Ну что, Геннадий Игоревич, как настроение?

— Прекрасное.

Денис такому ответу не поверил. Но не мог не отдать должного — держался Зеленский после первой в жизни клизмы молодцом.