— Эм, что в вашем понимании «серьезно»?

— По-взрослому, Лерочка, — он привстает, забирает у меня цветы, нависает надо мной, тянет руку, убирает волосы с моего лица и задерживается, накручивая прядь волос на пальцы. — Отвечай, — понижая тон, спрашивает он. А я уже не помню, о чем мы говорили. — Так насколько далеко ты зашла со своим парнем? — напоминает он мне. А я куда-то плыву, словно попадаю под гипноз.

— Никуда мы не зашли. Точнее, он хотел, но мне было страшно, — зачем-то говорю всю правду, чувствуя, как он начинает поглаживать кончиками пальцев мое лицо.

— А со мной? — еще тише спрашивает он, опаляя щеки горячим дыханием.

— Что с вами? — чувствую себя дурой, постоянно переспрашивая. Когда он так близко, я теряю рассудок.

— Тебе со мной страшно? — он замирает в сантиметре возле моих губ, и я прекращаю дышать.

— Да, — честно отвечаю я.

— Почему?

— Потому что я вас совсем не знаю.

— Только поэтому? — усмехается он и втягивает воздух, а я чувствую запах алкоголя. Ничего не могу с собой поделать. После смерти родителей я испытываю неприязнь к этому запаху.

— Вы пьяны? — все очарование проходит, теперь мне действительно страшно, и я сжимаюсь, пытаясь отодвинуться.

— Не «вы», а «ты». И да, я пьян, но уже, скорее, тобой. Если бы ты только знала, что делаешь со мной, Валерия, — он проводит носом по моей щеке, а я чувствую, как сковывает тело, и глаза щиплет от подступающих слез. Чувствую себя в ловушке, словно меня загнали в угол. Зажмуриваюсь, пытаясь дышать глубже, и дело даже не в Артуре. Еще минуту назад я с ума сходила от его прикосновений, а сейчас меня сковывает страхом, и я немею. Когда мне было тринадцать лет, один из собутыльников отца в пьяном угаре зажал меня в темной комнате, от него отвратительно воняло. Ничего не случилось, в комнату вовремя зашёл отец, и его друг сделал вид, что ничего не произошло, но страх перед пьяными мужчинами сидит во мне до сих пор. Не выдерживаю, всхлипываю, когда из глаз скатываются слезы.

— Малышка, ты чего? — с недоумением спрашивает Артур и немного отстраняется. Я глубоко вдыхаю, пытаясь подавить страх.

— Ты пьян… — все, что могу сказать. Я закрываю лицо руками, чтобы отгородиться от близости этого мужчины.

— Я не сделаю тебе ничего плохого. Да, я пьян, но контролирую себя. Ты просто безумно мне нравишься, мне хочется постоянно тебя касаться. Но я не собирался причинять тебе вред. — А я ничего не могу ответить, чувствуя себя сумасшедшей, не могу объяснить причины своих слез. Просто дышу, дышу, дышу, боясь открыть лицо. Слышу, как Артур глубоко вдыхает и отходит от меня. Я слышу, как звенят стаканы, когда он наливает воду.

— Возьми, — открываю лицо, принимаю бокал и послушно пью. А он садится рядом и уже не касается меня.