Не кинется ли с поцелуями на незнакомого мужчину, или же устроит жуткую сцену на людях, а может, наоборот, будет вести себя, как утонченная леди. А ее злой язык иногда хотелось вырвать с корнем, но Мэтт не мог не признать, что его заводило это противостояние. Обычно он предпочитал женщин мягких и податливых, а не строптивых и своевольных. Но зато с Лорен он забыл, что такое скука, а когда они не ругались, с ней даже было весело.

А вчера, когда они гуляли по пляжу, Мэтт полностью убедился, что с ней могло быть хорошо не только в постели. Он что-то рассказывал, а она просто слушала.

И ему от этого было легко и спокойно. С Лорен ему не нужно было держать лицо и скрывать недостатки. Что-что, а худшие стороны своих характеров они демонстрировали на протяжении всего периода их знакомства. В каком-то смысле они были честнее друг перед другом, чем многие люди, живущие вместе годами.

А сегодня утром, когда Мэтт открыл глаза и посмотрел на спящую Лорен, то отчетливо осознал следующее: давно он не был в такой глубокой заднице. Он испугался собственной реакции на ее близость. Ему хотелось обнять ее, зарыться носом в волосы и будить частыми поцелуями, пока она не откроет свои кошачьи глаза.

Потом любить долго и нежно, чтобы стереть из памяти все те грубые оскорбления, которые он без конца отпускал в ее сторону.

Как Лорен – маленькой распутной сучке с фермы – удалось завладеть его мыслями и чувствами, Мэтт не знал. Как не знал: есть ли достойный выход из сложившейся ситуации. Он сделал последний глоток, тяжелым взглядом прошелся по пустой бутылке и поднялся. В голове приятно зашумело, а ноги уже далеко не так твердо стояли на полу.

Но, к сожалению, ни его чувства, ни желания после бутылки двадцатилетнего виски не изменились. Мэтт не собирался в одиночку ворочаться в холодной постели, поэтому, не теряя больше ни секунды, направился в спальню к такой горячей и желанной Лорен, абсолютно не задумываясь о том, что она велела не приходить.

Глава 10. Без радости была любовь, прощание будет без печали

Когда-то Лорен считала, что утро сглаживает даже самые острые углы. Обиды становятся меньше, а проблемы больше не кажутся такими уж неразрешимыми.

Но только не сегодня. Злость на Мэтта со вчерашнего вечера не то, чтобы стала меньше, наоборот, с каждой минутой она росла в геометрической прогрессии. Возможно, потому что Мэтт, абсолютно наплевав на запрет приходить к ней, ввалился среди ночи и, судя по исходившему от него терпкому аромату виски, до этого он пил и пил немало. А может, потому что утром она проснулась одна. Правильно. Зачем ему оставаться у нее, все свои мужские потребности Мэтт благополучно удовлетворил и был таков.