В городе растительности куда меньше, так что мне удалось ускориться, и в берлогу я прибыл неожиданно даже для самого себя. Забежав внутрь и закрыв за собой дверь, выдохнул с облегчением. Не знаю почему, но здесь ощущаю себя если не в полной, то как минимум в относительной безопасности.

Пленница, к моему удивлению, никуда не делась, и даже была занята готовкой. Не знаю как, но она немного привела себя в порядок, отмылась, и даже взяла откуда-то крысу, которую сейчас и разделывала заточкой на моем рабочем столе, заляпывая его кровью и говном. В целом картина была довольно контрастной, симпатичная девушка, в одной футболке, пританцовывает, слегка повиливая бедрами, и при этом вытаскивает кишки из дохлой крысы, мурлыкая себе под нос какую-то мелодию.

Некоторое время я стоял в дверях, и не знал как на это реагировать. В голову тут же полезли грязные мыслишки, а взгляд опустился на едва прикрытую футболкой задницу, идеальных форм и размеров. Но она пачкает мой стол! От этой мысли все желание куда-то испарилось

— Я, конечно, польщен до глубины души, но обязательно это делать именно здесь? — я указал рукой на стол, — мне тут еще работать надо до ночи.

— Ну извини, не знала что мы такие нежные, — двушка закатила глаза и отвернулась, — нет бы спасибо сказал, я за ней, между прочим, полгорода оббежала.

— Спасибо, конечно, но… — она повернулась в мою сторону, и я заметил что футболка, которую она не постеснялась у меня стырить, тоже перепачкана в крови, — Блин, еще и футболку испачкала! Вещи нормальные сейчас хрен найдешь, могла бы что погрязнее надеть?

— Ой, ну ты и зануда! — она без тени смущения стянула с себя футболку, стрельнула глазками, и развернулась обратно к столу.

Вот вроде стоит спиной, а я прямо чувствую, как она хитро улыбается.

Ну а я что? Я тоже человек! Подошел к ней сзади и и взял за талию, отчего она легонько вздрогнула, и прижалась ко мне, слегка изогнув спину…

Выносливость все-таки решает! И у меня ее точно больше, чем у пленницы, имя которой я так и не узнал. На дворе глубокая ночь, и все мои планы на вечер полетели к чертям, но я ни о чем не жалею. Она, возможно, жалеет, ведь судя по ее стонам, я не иначе как занимался истязаниями шесть часов подряд, и остановился лишь когда она без сил завалилась на кровать.

В общем, выпустил пар, причем несколько раз.

Силы еще есть, так что можно хотя бы начать, а завтра уже основательно взяться за изготовление артефактов. Подошел к столу. Крыса все так же лежит.

Закончил с ее разделкой, приправил как следует, и отправил томиться на раскаленных камнях, собственно, предварительно нагрев их. Очень удобно со светильником, я повесил его в центре комнаты, выставив интенсивность практически на минимум.