Гэндл предупредил, что каждому из команды необходимо обсудить мучительное задание со специалистами из научного бихевиористского отдела. Следователи знают: носить в себе ужасы профессии все равно что жить с умирающим от рака. Однако искать помощи у посторонних, стремясь облегчить свою ношу, многие считают слабостью. Ни один коп не хочет, чтобы его считали слабым ни плохие парни, ни коллеги – хорошие парни.

Затем Гэндл передал слово ведущим следователям Босху и Чу, и они коротко рассказали, какие шаги привели их к Харди и этим домам-близнецам.

Детективы обсудили этапы предстоящего расследования.

С одной стороны, требовалась быстрота, с другой – обстоятельность и осмотрительность, чтобы выполнить работу со всей тщательностью. Закон требовал, чтобы управление выдвинуло против Харди обвинение в течение сорока восьми часов после его ареста. В среду утром ему предстояло впервые предстать перед судьей. Если к тому времени обвинение не будет предъявлено, его отпустят на свободу.

– Давайте сформулируем обвинение по одному эпизоду, – предложил Босх. – А по мере того как будем готовы, добавим другие. К среде подготовим дело Лили Прайс.

Оно пока сырое, но это наш вернейший шанс. Есть пробы ДНК. И хотя они не совпадают с ДНК Харди, думаю, нам удастся доказать, что в момент убийства он находился рядом с жертвой. Будем надеяться, что до утра среды мы найдем в этом доме изображение самой Лили Прайс.

Чу достал ее фото размером 5 x 7, взятое из уголовного дела. Это был снимок из альбома выпускного класса Лили. Невинная красивая девушка улыбалась в объектив. Если среди сувениров Харди найдется ее изображение, оно не будет похоже на эту фотографию.

– Речь идет о 1989 годе, поэтому ее не будет на ди-ви-ди, если только Харди не отцифровал аналоговую запись на пленке, – заметил Чу.

 – Но это маловероятно, поскольку в доме нет конвертера, а в лабораторию подобные записи не несут.

– Мы быстро просмотрим фотографии, – сказал Босх. – Те, кому предстоит заниматься пленками, следите, не появится ли на них Прайс. Если удастся найти ее на пленках или на фотографиях, считайте, что в среду мы на коне.

На этом Гарри и Чу закончили, и слово для последнего напутствия снова взял лейтенант:

– Вот так, ребята.

Все поняли задачу? Тогда приступайте. Время пошло.

Люди начали расходиться. Босх чувствовал, с каким нетерпением детективы хотят приступить к работе. Призыв лейтенанта подействовал.

– Еще одно, – сказал лейтенант. – Никаких временных норм в данном деле. Допускаются любые переработки. Указание исходит из канцелярии самого шефа.

Если лейтенант рассчитывал на бурю оваций или хотя бы на аплодисменты, он был разочарован. Хорошая новость, что на расследование отпущены деньги без ограничений, вызвала слабую реакцию.