Нет, все-таки моя подруга – женщина до мозга костей! Помню, однажды когда у нее случился острый приступ аппендицита – я тогда случайно оказалась у нее в гостях, – я вызвала для подруги «Cкорую». Нечаева лежала на кровати и в перерывах между стонами все спрашивала меня:

– Полин, что там у меня на голове, что с прической? Ну-ка, дай мне зеркало!.. Ой, а я же без косметики! Дай мне косметичку!.. Ой, а пододеяльник у меня с заплаткой, надо новый… Ой, и трусики не очень красивые… Там, в шкафу, на верхней полке, новые лежат, с кружавчиками, дай их мне…

А я все уговаривала ее принять врача в своем естественном виде.

Когда приехала, наконец, «Cкорая помощь» и в комнату вошел молодой врач, у Алины моментально прошел приступ аппендицита и начался приступ кокетства и жеманства…

– Глянь, Нафаня, как интересно получается – Фанечка и Фенечка!.. – восторженно пропел Феофан и, наклонившись к Алине, шепнул ей что-то на ухо.

Та рассмеялась, покосившись на меня. Нет, Нечаева просто несносна! Так она мне все планы сорвет! Но едва я собралась резко одернуть подругу, как вдруг увидела его…

Обмылок вошел в зал в сопровождении какого-то хмыря и остановился у входа.

Они быстро окинули посетителей колючими цепкими взглядами и тут же скрылись в боковом коридорчике. Интересно, куда он ведет?

Я спросила об этом Алину, но она ответила, что не знает. Хорошенькое дельце! Значит, это предстоит узнать мне. И как же это сделать? Да вот так просто и сделать: пойти и посмотреть, куда ведет этот коридор. Я взяла свою сумку и встала из-за стола.

– Фенечка, вы куда? – «Феофан» тоже встал и загородил мне дорогу.

– Я… это… носик хочу попудрить, – стараясь копировать кокетливое поведение Алины, ответила я, – сейчас, я быстренько его попудрю и вернусь!

– Ваш носик совсем не нуждается в том, чтобы вы его пудрили, – продолжал удерживать меня брюнет.

– Много вы понимаете в дамских носиках! – огрызнулась я, все еще пытаясь покинуть их общество. – Пусти же!

Я оттолкнула назойливого кавалера, быстро пересекла зал и оказалась на том месте, где минуту назад стоял Степан Суруляк вместе с каким-то хмырем. Но тут уже никого не было. А вот, кажется, и коридор, куда нырнули мои «друзья». Я пошла по нему. Он освещался двумя тусклыми лампами в платформах причудливой формы.

На первой попавшейся на моем пути двери висела табличка: «Комната охраны». Понятно: я – не из охраны, значит, это не для меня. Я пошла дальше. Еще одна дверь. «Служебное помещение». Опять все просто. Я не служащая клуба, так что и эта дверь не для меня. А вон там что у них такое? Я подошла к третьей по счету двери. «Бухгалтер» – значилось на табличке. Это мне тоже ни к чему. Остается последнее помещение… Но до четвертой двери я дойти не успела.