Ты пельмени с чем любишь?

– А чем полить? Майонезом, сметаной, кетчупом? Или сливочным маслом?

– Пельмени я ем исключительно жареные и с соусом. Жди, скоро буду.

Ничего себе, кулинарный выпендреж! «Только жареные и с соусом»! А вареные ему чем не нравятся? Все нормальные люди такие едят. Да и соуса у меня нет. Придется поджарить порцию для адвоката. Я налила в кастрюльку воду и поставила ее на огонь, потом достала сковороду. Пока они разогревается, поднимусь в комнату деда, спрошу, с чем он будет пельмени.

Но Ариши в комнате не было. Странно, в саду я его тоже не заметила. Куда это подевался мой прародитель? Опять наносить визиты вежливости своим приятелям?

Я вернулась в кухню и принялась за приготовление ужина.

Павел появился через полчаса с пакетом в руке. Неужели там опять конфеты?

Он прошел в ванную, вымыл руки и заглянул на кухню:

– Запахи-то, запахи!

– Какие там запахи! Всего лишь пельмени. Зато двух видов: вареные и жареные. Садись сюда. Вот твоя тарелка. Жареные – как заказывал.

Павел достал из пакета бутылочку какого-то соуса и поставил на стол:

– Пельмени лучше есть с этим, – объявил он.

– Мексиканский соус. Чесночный, с сыром и креветками. Вкуснотища!

Мы дружно налегли на пельмени.

– Я зачем заехал-то, – спохватился адвокат, – ты просила меня разузнать насчет окружения Евдокии Курочкиной.

– Неужели что-то нарыл? – ахнула я.

– Представь себе. Причем такое, что – мама, не горюй! Тебе понравится. Оказывается, у нашей мадам Курочкиной когда-то была подруга, и не просто лучшая, а лучшая из лучших. Дружили они еще со школы. И вот, когда обе уже окончили и школу, и какое-то там ПТУ, эта подруга – ее зовут Рустамова Фелиза – подцепила где-то кавалера… в общем, хорошего кавалера. Высок, строен, а морда – продать, так за него миллион дадут! Влюбилась она в него без памяти. И еще одно немаловажное обстоятельство касательно этого кавалера: квартира у него была, просто как в сказке: принц, да еще и с дворцом. Фелиза целый год летала как на крыльях и мечтала о скорой свадьбе. Но…

– Вот всегда в жизни вылезает это «но», – не удержалась я, – причем, как правило, всегда некстати.

– Ты права. – Павел поддел на вилку очередной пельмень.

– И что же случилось с этой летающей Фелизой?

– С ней самой – ничего. Но совсем некстати ее подруга – Евдокия Курочкина – тоже каким-то образом познакомилась с этим мачо. И отбила его у подруги.

– Просто «Санта-Барбара» какая-то, – не удержалась я.

– Подробностей я не знаю, знаю одно: мачо – предатель такой! – перекинулся к Курочкиной, и подруги расстались не совсем красиво, а точнее, поссорились они, причем до драки. Да и потом их еще несколько раз приходилось разнимать – когда они пытались выцарапать друг другу глаза.