И как только он прервался, машина такси сорвалась с места в противоположную от клуба «Лотос» сторону. Я прикрыла глаза, откинулась на сиденье.

Теперь точно все будет хорошо.

Леша знает, что Марк жив и угрожает маме и мне.

Леша знает, что нужно делать.

А я знаю, что когда он найдет Марка и маму, я доберусь до говнюка Тошика и побеседую с ним. Потому что у меня появилась масса вопросов о том, как именно тюфяк Тоша связан с моим неожиданно воскресшим папочкой.

– Осторожнее, Леша, – скупо произнес Славик, когда мы мчались обратно в город.

Еще год назад я был бы счастлив неожиданному возвращению Марка в мир живых.

А вот сейчас, мать его, это была катастрофа.

Мне нужно было попасть к Невскому до того, как старики узнают о Марке.

Иначе я превращусь в мишень сразу же, как только станет ясно, что Шах убит без причин. И умер он от моей руки. Я пустил ему пулю между глаз.

А теперь Марк вдруг вернулся.

Почему именно сейчас? Я уже знал ответ на этот долбаный вопрос.

Хреновая ситуация. И не факт, что удастся выбраться из нее.

– Сделай для меня кое-что, Слава, – взглянул на Шмеля.

Больше доверять я никому не мог. Да и с Линой никто не справится.

– Ты ведь знаешь, шеф, я с тобой, до конца, – хмуро кивнул Слава.

Всего секунда, чтобы решить: иного выхода нет.

Так будет лучше. Правильнее. И потом, я всегда знал, что мне никогда не стать героем сказок со счастливым финалом.

– Спрячь ее так, чтобы даже я не нашел, – высказал свою просьбу.

– Да ни хрена, Лех! Я здесь нужнее! Завалим Марка по-тихому, никто и не узнает. Ты не сможешь, так я смогу! – бормотал Шмель.

– Марк мой брат, – мотнул головой, отбрасывая предложение друга.

– Он подставил тебя, Леша! Девчонку твою забрал.

Думаешь, он случайно появился именно сейчас? Да он, падла, специально ждал, когда ты уберешь Шаха! Он же сука конченая! – вспылил Шмель. – Он не брат тебе!

– Завязывай! – рявкнул я.

Славик угомонился, но смотрел на меня волком.

– Я никому не могу ее доверить, Слав, – выдохнул я, глядя в глаза другу. – Хочу быть уверенным, что они не доберутся до нее. Я уже труп. Шаха мне не простят. А Лина должна жить дальше.

Слава молчал. Понятно, что другого выхода нет. Валить из города – не вариант. А вот спасти Лину можно.

– Я дам знать, когда будем на месте, – после затянувшегося молчания пробормотал Шмель, а потом сплюнул: – Долбаный урод! Если ты его не «уберешь», то при встрече это сделаю я.

– Надеюсь, вы никогда не встретитесь, – сказал я.

Славик уже приближался к дому Невского. Времени оставалось мало.

– Передай ей… – начал я.

Славик напряженно молчал.

Что сказать? Что можно передать на словах девчонке, от которой сносит крышу? Которая дает надежду на лучшее. Которая одним взглядом превращает меня в безмозглого сопляка.

Ради которой хочется жить.