В Левилле вас давно уже ждут, меня послали вас встретить и дорогу показать, а то эти ваши волшебные штучки-дрючки ненадежны бывают, — он покосился в сторону обгоревших досок. — Еду я, значит, еду, а тут кааак тучи налетели, ударил ливень, от грома уши заложило, а молнии такие, что сроду не видал!

Горн рассказывал, активно жестикулируя. А я понимала, что ничего не понимаю.

— Переждал я дождь, спрятавшись под телегой. А он кончился так же внезапно, как и начался. Еду я, значит, еду, и вижу — посреди дороги этот ваш магоход валяется, явно молнией подпаленный, вокруг вещи раскиданы, а вы в стороне от дороги. Я сразу понял, что это вы, нейра Эллен.

Так, стоп. Что за поток шизофренического бреда я сейчас выслушала? И все же…

Я не находила слов, чтобы описать свои ощущения. Может, коллеги решили подшутить надо мной, а в кустах прячется скрытая камера? Для верности даже головой по сторонам покрутила.

— Говорят, век такой странной грозы не видели. Согласны, нейра? — спросил мужичок, отряхиваясь и глядя на меня.

— Средь бела дня налетела туча, поднялась буря. Колдовство темное это было, нейра, — произнес серьезным тоном, как будто сам верил в то, что говорил.

— Ага… А у вас телефончика не найдется? Позвонить надо, — сказала я, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Горн уставился так, будто привидение увидел.

— Нейра, я в ваших магических штучках не сведущ. Никакого теле-фончика не знаю. Я человек темный, это вы магичка из столицы, умная и образованная, раз на лекарскую практику к нам направляетесь. У нас, знаете ли, никто надолго не задерживался.

Он говорил еще что-то, но я уже не слышала. В голове стучали слова: магичка… чародейка… магия… лечить… Это меня надо лечить. Это я тронулась умом.

Или все-таки… нет-нет-нет! Я же не сумасшедшая! Попадают в другой мир или в прошлое только в книгах.

Вспомнился адский пейзаж, ливень и жуткие молнии, что ветвились и рвали небо на части. Вспомнилось странное предчувствие, суеверный страх…

Волоски на руках встали дыбом, внутри похолодело.

Иногда я читала книги перед сном. Любила фэнтези всех мастей, особенно про попаданок. Там женщины вроде меня сворачивали всех в бараний рог и поднимали с колен магические таверны и лавки. Или избранные спасали мир. Или серые мышки хлопали глазами, и за них сразу начинали бороться принцы, драконодемоны и ректоры магических академий.

Подобное чтение расслабляло мозг и отвлекало от рутины. Я знала, мне-то чудеса не светят, так хоть в книжках о них почитаю.

Что, если дома я умерла? Меня убило молнией и каким-то немыслимым образом забросило в другой мир? Эта мысль показалась самой абсурдной и в то же время самой вероятной. Догадку подтвердил взгляд на собственные руки — ладони узкие и маленькие, пальцы длинные, без маникюра.