Поэтому, как только муж засыпает, благоверная торопится к отцу и не слезает с его горба, пока тот не находит ей новую жертву. В результате очень часто между женатыми на одной вампирше мужчинами возникает настоящая дружба и взаимопонимание.

Они вместе проводят досуг, отдыхая от своей зазнобы, составляют график семейной жизни и отправляются в спячку по очереди или договариваются и делят супружеские обязанности пополам (отчего на душу каждого из них выпадает меньше скандалов), а потом закапываются в пирамиды одновременно. И тогда красавица (точнее, ее несчастный отец) ищет очередного козла отпущения.

За пятьсот лет бодрствования супруги новоиспеченный муж проникается истинной симпатией и уважением к своим собратьям по несчастью и охотно вливается в компанию. И вот уже мужчины делят общество своей ненаглядной на троих, четверых, пятерых, шестерых…

Самой счастливой ячейкой общества у вампиров является команда из семи особей: одной жены и ее шести «половинок». В таком случае на каждого выпадает по одному дню недели, а на седьмой представители сильного пола берут выходной и дружно прячутся от своей дамы в каком-нибудь кабаке, заливая печаль вином и восстанавливая израненную душу нежной женской лаской (чаще всего человеческих представительниц).

Насколько знаю, Нох-рам-Лукуш вампирш не любит, предпочитая другие расы. Он и на нынешней королеве женился только из монаршей необходимости. Однако поговаривают, нелюдь просто феноменально умеет обращаться со своей склочной супругой и почти неуправляемой новообретенной дочуркой Ладииной. Однажды я спросила вампира, как ему это удается. На что тот с улыбкой ответил, что после жены-Дракона ему и сотня зубастых красавиц не страшна.

В последнее время он, также как и Лерри, частенько навещал меня. Только в его обращении больше чувствовалась отеческая опека и какое-то покровительство. Порой я ловила на себе его внимательные взгляды, но в них не было мужской заинтересованности. Скорее мучительный, терзающий его многие годы вопрос: «Моя или не моя внучка?» Он приглашал меня на прогулки, расспрашивал о детстве, любимых занятиях, предпочтениях в еде.

Как ни странно, мы во многом оказались похожими. Но больше всего поразила старого Лукуша наша с ним общая черта в задумчивости или волнении хмурить лоб и нервно кусать губы.

А так как зубы у меня острые, то часто от этого очень здорово страдаю я сама, цапая себя до крови. Особенно перепадает левой половине рта. И что удивительно, у Нох-рам-Лукуша те же проблемы! Данная повышенная «кусачесть» приводит кандидата в мои прапрадедушки в особый трепет и восторг.

Чаще всего визиты зубастого властителя неофициальны и протекают в очень теплой семейной обстановке. Но сейчас он был предельно собран и серьезен.