Двух моих богатырей — Никита и Роман.

Имена, естественно, выбрала Оля. Но мне нравится, иначе бы я, конечно, поспорил.

Заехав домой, я быстро переоделся, а потом снова вышел. Моя “свита”, точнее, псы, которых приставил ко мне отец, чтобы они следили за каждым моим шагом, сидели в своей машине, готовые в любой момент за мной последовать. Усмехнувшись, захожу в аптеку, что стоит напротив моего дома, а после сразу — в магазин. Купив все, что хотел, направился к парням.

То, что я к ним подошел, их не удивило. Мы все в курсе, что тут происходит. Поэтому я просто поздоровался и передал им пакет с шаурмой, что прикупил специально для них.

А затем достаю из другого пакета уже свою шаурму и откусываю. Как бы намекая им, чтобы они последовали моему примеру. Перекинувшись парой слов, иду домой. А точнее, в подъезд, где торчу минут двадцать, прежде чем выйти и посмотреть, сработал ли мой план.

Усмехаюсь, когда вижу, что парни мирно спят. Достаю телефон и делаю звонок.

— Через полчаса на том же месте. Без задержек, у меня не так много времени.

После чего кладу трубку и спешу к машине такси, что вызвал, когда был еще в подъезде.

А через тридцать минут я уже пожимал руку человеку, который так же сильно ненавидит моего отца, как и я.

Шахов Марат Омарович…

Говорю маме, наблюдая за тем, как она нянчится с одним из своих внуков. С Никитой. Он старший. На свет появился на две минуты раньше Ромы. Второй мой сынуля, который сейчас так завтракает на моих руках.

Я и подумать не могла, что просто держать их на руках и кормить грудью — это такое счастье. Да и просто смотреть на них. Они такие красивые. Сладкие.

И вновь перед глазами возникает лицо Багрова. То, с какой любовью он смотрел на наших мальчиков.

Как смотрел на меня. В тот момент мне казалось, что мы все так же вместе. И никакого развода в помине не было. И мне так хотелось поверить в то, что все вернется на прежние места.

Но когда я смотрю на малышей, то вижу только его. И хочу, чтобы сейчас он был рядом. Разделил вместе со мной счастье, которое меня переполняет.

Аккуратно вытираю одинокую слезу, что невольно катилась по щеке, чтобы мама не увидела. Но именно в этот момент она посмотрела на меня. И по ее глазам я поняла, что знает причину моих слез.

— Милая, скоро придет врач, и скорее всего, сегодня ты уже будешь дома.

Возможно, она и не поняла, почему я расстроена. И это к лучшему. Улыбаюсь и киваю в ответ. Мама отвечает мне тем же, а затем осторожно укладывает Никиту в кроватку.

Говорит мне и тихо покидает палату. Смотрю на Ромку, он уже спит. Поэтому тоже кладу его в кроватку, а потом иду к двери. Хочу немного размять ноги, но стоило мне только открыть дверь, как слышу голос мамы.

— Она снова плачет. Из-за него. Нет, я не придумала, Артем. Я ведь не слепая.