А следом отослал запрос во все таксомоторные организации города, чьи машины позавчера вечером могли быть около клуба, из которого исчез Ермаков. Шансов найти его было немного, но использовать нужно было все, что только возможно.

Если актер был действительно организатором обоих убийств, на что откровенно намекало его исчезновение, то оставался без ответа самый главный вопрос: зачем ему все это нужно? Если с журналистом мотив более-менее прослеживался, то по поводу заинтересованности Ермакова в смерти Григоряна и возможных будущих убийств даже предположений не было!"

"Морозову к смерти бизнесмена тоже было трудно притянуть.

По крайней мере, пока. Гуров мог допустить, что готовилась какая-то афера в сфере связи, и Григорян кому-то мешал, например, совладельцам НСС. Но как новоиспеченный заместитель министра могла в этом принимать участие? Да и зачем им привлекать к ликвидации не сведущую в этом женщину? Или ей тоже собирались «помочь» исчезнуть, как «помогли» Ермакову?

В любом случае если актер и не является ключом к этим загадкам, то знает что-то, что может хоть немного пролить свет на туманную историю смертей Челнокова и Григоряна.

Гурова отвлек от размышлений Крячко, вернувшийся после опроса последнего постоянного партнера Ермакова по карточным играм. По всем признакам именно эти опросы и породили беспокойные звонки в адрес генерала о странном интересе сыщиков к актеру.

– Опять «пустышка», – покачал головой Станислав, бросая куртку на вешалку. – Этот вообще не знает, где живет наш актер. Назвал лишь только те клубы, которые мы и без того знаем. Я вот думаю, наша пропажа так загримироваться может, что его даже родная мама не узнает.

Как его обычные пэпээсники опознавать будут?

– И что ты предлагаешь?

– Слушай, Лева, а может, мне еще раз нашего стукача-Василия навестить? – предложил Крячко. – Они же вроде лучшими друзьями были. Может, он пояснит, где можно Ермакова поискать?

Гуров задумался, вспоминая вчерашний разговор в вечернем ресторане. Василий Войнич, которого отыскал Станислав, когда-то был лучшим другом Ермакова. Вместе учились в «Щуке», вместе ухаживали за девчонками. И хотя после учебы пошли служить в разные театры, дружеские отношения поддерживали постоянно.

Потом Ермаков стал набирать популярность, а Войнич так и оставался третьесортным актером. Ставший знаменитым, лучший друг Василия не бросал, постоянно пытаясь познакомить его с известными режиссерами. Когда у Ермакова была возможность, он таскал Войнича с собой и на гламурные тусовки.

Затем Ермаков увлекся игрой в карты и втянул вслед за собой и друга. Вот только Войнич оказался и более умелым, и более везучим игроком.