Не будем размахивать шашкой, мы еще поборемся!

Едва Станислав уехал, Гуров вновь задумался о том, кому могла быть выгодна смерть Григоряна. Следуя логике, главными заинтересованными лицами гибели бизнесмена были основные акционеры сотового оператора. Во-первых, по слухам, которые косвенно подтвердила Анна Селезнева, они были не очень довольны тем, что имя Григоряна стало упоминаться в связи с сомнительными сделками по алкогольной продукции. К тому же у них были сомнения относительно способов, которыми он получил такой большой пакет акций. А учитывая тот факт, что Григорян был почти в два раза моложе Смирнова и Кравченко, основавшими НСС, к новоиспеченному совладельцу они могли испытывать и ревность, и неприязнь.

Ко всему прочему добавлялись еще и управленческие методы погибшего бизнесмена, которые одобряли далеко не все. Два других совладельца, при определенных стечениях обстоятельств, могли посчитать, что избавиться от Григоряна любым способом будет проще и выгоднее, чем терпеть его и дальше в совете директоров корпорации. К тому же разорванный на клочки родственниками Григоряна его пакет акций НСС вполне можно будет скупить по разумной цене.

И тогда один из совладельцев получал полный контроль над корпорацией, либо они вместе могли легко противостоять любым поползновениям извне перехватить управление бизнесом.

Впрочем, Смирнов с Кравченко и до смерти Григоряна, консолидировавшись, могли заблокировать любое его решение. Как, впрочем, и отстранить от управления компанией. И если считать, что Багдасар был им неудобен, а они этого не сделали, значит, Кравченко со Смирновым не могут найти общий язык, и попытку их преступного сговора следует исключить из следственных версий.

Кроме того, не следует списывать со счетов и загадочную «Telegram-group»…

Гуров усмехнулся собственным мыслям. Эта теория, конечно, могла бы подвести хорошую базу под причину ликвидации Григоряна, но убийство Челнокова с ней никак не вязалось. Журналист никогда и нигде не упоминал двух оставшихся членов совета директоров «Народной сотовой связи». Ни у того, ни у другого не было причин убивать Челнокова, если только журналист не собирал компромат на Григоряна по заказу Смирнова или Кравченко, а затем узнал слишком многое, и его пришлось устранить.

В этом случае получалось, что Морозова и Ермаков непричастны к убийству Челнокова, и в этом направлении сыщики копали зря. К тому же и Золотарев никак не вписывался в придуманную Гуровым новую версию. Уж у политика точно не было никаких непосредственных контактов со Смирновым и Кравченко. Оба не были публичными людьми, не посещали всяческие показные мероприятия и вообще старались держаться в тени.