Весь вид выдавал в нём поспешно вышедшего из запоя борца с алкоголем. Чистый синий кафтан и светлая рубашка абсолютно не сочетались с грязными ногтями и пожелтевшей кожей.

«Хорошо хоть причесать его додумался».

Борис Барятинский, явно недовольный, жестом показал посетителям подождать в сторонке, а сам вышел с сыном на террасу.

— Как себя чувствуешь? — он положил руки на деревянные перила и наслаждался раскинувшимся видом соснового леса вдали.

Борис кинул беглый взгляд и повернулся ко мне.

— Рад, что с тобой всё в порядке, — он погладил меня по плечу, явно сдерживая отцовские эмоции.

— Я хотел поговорить по поводу школы…

— А тут и говорить нечего — я против. Пусть кто-то другой пачкаться в некромантской мерзости.

— Откуда такая предвзятость? Некроманты уважаемые среди двора люди — это твой шанс туда попасть, если конечно… Слушай, а ты, — он подошёл ко мне поближе и приподнял подбородок, словно ища что-то взглядом. — Ты немного изменился… Впрочем, — он взял меня под локоть и повёл к выходу с террасы, — я не давлю на тебя. Распутин опасный человек, а ты ещё слишком молод и неопытен. Зря я об этом начал. Лучше объясни, что на тебя нашло? Зачарование? Ты серьёзно?

— Ага, хочу научиться артефакторике.

Слушай, пап, у нас есть ещё книги по теням? Мне надо подтянуть процентиль и заполнить ими.

— Мне кажется, это не лучшая идея. Твой брат прав — распыляться сейчас не стоит. Ты только-только столкнулся с магией и хватаешься за всё, что видишь — я это понимаю, сам таким был.

— У меня всё под контролем, отец.

Тот усмехнулся и погладил чёрную короткую бороду.

— Была б моя воля, этот Чухарь…

— Чепухарь, я могу нанять его?

— Камердинером? Тебе Семёна не хватает?

— Нет, не совсем, он будет делать другие вещи, — я не мог правильно сформулировать «жулик на побегушках» и потому тщательно искал подходящее слово.

— Ладно, понял тебя, пускай остаётся. Я уже с ним поговорил и вижу, что в некоторых моментах он прав.

— Ты это про что? — я немного напрягся.

— Его зелье помогло, ты говоришь связней и паясничаешь меньше, — он открыл дверь в комнату, и мы подошли к поджидавшим нас мужчинам. — Будешь принимать его раз в неделю — мы забрали саквояж, там есть запас на три месяца. Так что матушка проконтролирует лечение.

— Но-но, это для твоего же блага, а по поводу мастерской — Семён освободит вам сарай, делайте там, что хотите, только дом не спалите, пожалуйста. Феликс, мы услышали друг друга? — спросил он рыжего мошенника, поправлявшего пышный рукав рубашки; это явно относилось к теме какого-то другого разговора, что был до меня.

— Да, Борис Олегович, я вас понял и услышал.

— Вот и отлично, что ж, джентльмены, вынужден оставить вас. Артём, я поищу для тебя что-нибудь в библиотеке, напомни только, как приеду.