— Вы говорите правду, инспектор? — спросила она с прямодушием, лишавшим вопрос его оскорбительного смысла.

— Разумеется, мадам.

— Почему вы этого не сказали, когда я вас только что спрашивала?

Тримбл смутился.

— Я… Я не скрываю, что это мой долг, — запинаясь, промолвил страж порядка. — Вы должны понять, мадам, — есть определенные правила, которых мы вынуждены придерживаться.

— Вздор! — коротко отрезала миссис Роберте. — Я задала вам совершенно простой вопрос, а вы предпочли оставить его без ответа. Однако если вы обещаете, что намерены только спросить мистера Збарторовски об убийстве, которого он не совершал…

— Да, мадам, — в отчаянии воскликнул Тримбл.

 — Обещаю.

— А не обо всем, что он делал?.. — Миссис Роберте намеренно оставила свой вопрос неоконченным и вопросительно взглянула на инспектора. Последовала неловкая пауза, прерванная смущенным покашливанием ее супруга.

— В самом деле, Джейн! — только и смог возразить он.

Миссис Роберт не обратила на него ни малейшего внимания.

— Уверен, что не понимаю, о чем вы говорите, мадам, — напряженно произнес Тримбл.

— В таком случае вы очень плохой полисмен, — заметила все тем же мягким тоном миссис Роберте.

 — Но как я сказала, если это все, что вам нужно, я уверена, мистер Збарторовски не станет возражать и скажет вам все, что вы хотите знать. Пойду приведу его.

— Ты… что ты сделаешь?! — Розовые щеки мистера Робертса стали багровыми.

— В самом деле, Герберт, лучше бы ты не вмешивался. Это не в твоем стиле. Если не возражаете, подождите немного, инспектор.

Она направилась к двери.

— Но где же этот парень? — требовательно вопросил мистер Роберте.

— На кухне.

Он отлично моет посуду. И это он чистил тебе обувь последние три дня, хотя вряд ли ты это заметил. Домашнее хозяйство такое нудное дело, когда у тебя нет прислуги, и сейчас, когда дети в отъезде, я рада любой помощи. Но конечно, главной моей заботой было держать его, беднягу, трезвым и подальше от всех этих неприятностей.

Она продолжала говорить своим мирным скромным тоном, выходя из комнаты, держа в одной руке свое шитье, а другой безуспешно пытаясь привести в порядок взлохмаченные седые волосы. Оставшись одни, мужчины неловко застыли по обе стороны камина, избегая встречаться взглядами.

Вскоре они снова услышали ее шаги, а затем послышался ее голос за дверью:

— Бояться нечего. Инспектор обещал мне, что не станет спрашивать вас о талонах на бензин и других подобных вещах, да он об этом и так ничего не знает, так что все в порядке. Пойдемте со мной, будьте хорошим мальчиком и поскорее покончите с этим!

Последовала пауза, а затем в комнате появился Тадеуш Збарторовски, очевидно подталкиваемый мягкой, но решительной рукой.