Я даже отдалилась от друзей, тем более что Слава, выписавшись из больницы, проводил все свободное время со своей девушкой – Ликой. Да, эти двое наконец осмелились и признались друг другу в чувствах. Иногда мы ходили куда-нибудь вчетвером. Я была рада, что Йован и Слава нашли общий язык и быстро сдружились.

После драки со Славой Леня залег на дно, но до конца так и не ушел из моей жизни. Нет, слава богу, он больше не поджидал меня у университета или дома, но периодически напоминал о себе в соцсетях. Его сообщения становились все страннее и истеричнее. В один день он мог сначала пожелать мне доброго утра, а к вечеру – скорейшей кончины. После писал, что погорячился, слезно молил о прощении – и так по кругу.

Сначала я расстраивалась и пугалась, потом не обращала внимания и просто банила, но Леня продолжал писать с новых номеров.

В соцсетях сообщения получала не только я, но и мои друзья. Каким-то образом Ленина рассылка дошла даже до моих одногруппников. Как-то утром ко мне подошла наша староста и сообщила, что получила сообщение от странного парня. Он писал, что я грязная обманщица. Бросила его ради богатого парня, посмеявшись над чужими чувствами, и теперь меня нужно наказать. Я устало объясняла всем, что человек, который это рассылает, болен и я не могу с этим ничего поделать. Пару дней то и дело ловила на себе сочувствующие или настороженные взгляды одногруппников.

Я рассказала маме о Лене, чтобы она была начеку и не пускала его в квартиру. Мама страшно перепугалась, но согласилась, что отцу о Лене сейчас говорить не стоит. Работа у него нервная, и поездка очень важная. Мне по-прежнему было стыдно и неудобно обсуждать это с кем-то, словно я всех втянула в вонючее болото, и теперь никто не знает, как из него выбраться. После массовой рассылки моим одногруппникам мы с Ликой все-таки прокатились до отделения полиции, но никто нам помогать не захотел. «Нет тела – нет дела», – мрачно отшутился мужик с погонами. Конечно, Лика вопила и возмущалась, но нас просто выставили за дверь и порекомендовали самим разбираться со своими женихами. Со Славкиным заявлением об избиении дело тоже заглохло.

А в ноябре Леня вдруг пропал. Даже сообщения перестал писать. Первое время я не верила своему счастью. А когда немного выдохнула с облегчением, произошла странная встреча.

Накануне ночью выпал снег, припорошив тротуары и крыши зданий. Я уже заходила в свой двор, когда дорогу мне перегородил незнакомый парень. Точнее, это поначалу он показался мне незнакомым. Но, приглядевшись, я вспомнила, что видела его на вечеринке, куда завел меня Леня. Именно он подливал Лене спиртное и просил меня остаться. Кажется, его зовут Егор. Парень был явно смущен.

– Привет, – сказал он.

– Привет, – осторожно отозвалась я, оглядываясь.